Дрейф нуля

Вирбицкая тихо воскликнула, но не сбежала, лишь отступив назад.

– Ебать, какая борзая. Ну оставайся с нами. Мих? – Парень в зеленой парке глянул на «белую куртку».

Тот, спрятав телефон в карман пуховика, ухватился пальцами за ширинку джинс.

– Кино снимем?

Диана в ужасе на миг шире открыла глаза, а после, не ожидая повторного приглашения, поспешила за подругой. Компашка заулюлюкала, подгоняя беглянку. Когда голова девочки скрылась в пролете, кареглазый выудил находку из кармана.

– И чё с ним делать? Это ж ебаный Айфон, – проговорил бритый, забирая телефон из рук друга.

– Да хуй знает. Толкнём.

– Мих, а чё, по шапке не дадут? – уточнил в парке, не скрывая в голосе взволнованность произошедшим.

– Лер, ты ещё заплачь, – попрекнул Миха, исковеркав имя Валеры, придав ему женское начало.

– Никитос, а чё правда. Ща эти обсоски побегут сопли лить, ментам опять и по кругу. – усомнился и бритый.

– Да вы заебали. Забейте. – Никита Михеев, по короткому прозвищу Миха, отмахнулся от сомнений друзей и прошёл вглубь помещения.

На ходу вытащил из кармана маленький бонг, а следом свёрток из газетной бумаги. В том, что проблемы могут быть, парень не сомневался. Но в отличие от ребят, имел за спиной несколько административок, и добровольная передача Айфона тут была наименьшим злом.

– Да она обосрётся родакам рассказывать. – Умозаключил, забивая траву в приспособление.

К Никите подтянулись двое ребят, занимая места на бетонном выступе.

– А вон, бежит. – Валера указал пальцем на отдаляющиеся силуэты девчонок, которые хорошо проглядывались с открытой площадки этажа.

– Ага, ту рыжую. Даст и не подумает.

Пацаны засмеялись, представляя, что девчонка в действительности отдаст всё, и просить не надо будет. Ник обернулся на сбежавших, но уже потерял образы из вида, затмевая взгляд крепким маревом курева.

Диана же ни разу не оглянулась назад, словно обернись она, тут же наткнется на ширинку того парня.

– Если б я его не отдала, ты бы сейчас там на бетоне ноги раздвигала. Поняла! – это было утверждение.

И едва Диана открыла рот для возражения, как ту же прикрыла его, понимая правду в словах подруги.

– А что же делать теперь? – На глаза проступили слёзы.

– Хочешь, в ментовку иди, а потом рассказывай мамочке, чё ты делала на заброшке.