Тени Рентиана

Слишком сильно это напоминало об истинной религии Эдит, как и о том, что у нее никогда не было матери.

– Здравствуйте, Ваше Высокопреосвященство, – раздалось неожиданное приветствие от незнакомой женщины.

На вид ей было чуть меньше тридцати лет. Низкорослая крепкая женщина в парадном камзоле и белоснежной чалме шагала им навстречу и натянуто улыбалась.

– Рада встретить вас, фемита Матиа, – по голосу кардиналиссы Балмонт не было понятно, соответствует ли эта радость действительности.

Эдит молча поклонилась, не имея представления о марентийском этикете и потому сочла за лучшее закрыться прохладной вежливостью, но некто Матиа заметила и ее.

– Здравствуйте, фемита Брукс.

– Приветствую вас, фемита Матиа.

– Я наслышана об этой молодой особе, Ваше Высокопреосвященство. Если вы не возражаете, я могу устроить ей прогулку по Матресу, – заговорила Матиа с явно преувеличенным оживлением в голосе.

– Благодарю, дочь моя, но в этом нет необходимости.

– О том ведомо только Сестрам.

– Ваше Высокопреосвященство, – вмешалась Эдит, не желая, чтобы за нее принимали решение, – я готова помочь вам разобрать документы, если это необходимо.

– Не настолько, – кардиналисса улыбнулась уголками губ. – По правде говоря, в обязанности секретарессы, особенно начинающей, не входит постоянная работа с бумагами, нужно и менять вид занятий. Вы хорошо потрудились и заслужили это.

Ответив натянутой улыбкой, юная Листон отошла в сторону.

Конечно, подобное великодушие было неспроста, Балмонт что-то затевает или хочет испытать ее. А фемите Матиа просто необходима беседа с Эдит – интересно, зачем? Пока две женщины разговаривали, девушка отвела взгляд, рассматривая исторический сюжет на ало-золотой мозаичной стене – Патриция замахивается клинком на присевшего и трусливо прикрывшего щитом голову Патрика. Теперь минуло много темпиров, марентийская Виолет и томиранский Базиль – потомки близнецов и такие же враги.

– Пойдемте, фемита, – похоже, Шанталь не умела улыбаться, но старалась изо всех сил. – Позвольте показать вам дворец.

Что-то здесь было нечисто – у кардинальских секретарей обычно много работы, по крайней мере, в начале карьеры, но спорить было опасно. Пора учиться лицедейству, и, натянув на лицо самую вежливую из улыбок, Эдит Листон зашагала следом за Матиа, которая в процессе завязавшейся беседы, оказалась графиней Шанталь. Интересная особа.