Субедей. Великая Татария. Чингизиды

Получив это известие, Султан пошел за ними вслед, с максимальной поспешностью, что догнал их на следующий день. Чучи, видя, что неприятели приближаются, собрал на совет генералов, которые были с ним, и спросил, что им делать в такой ситуации. Все говорили, что надо организованно отступить в добром порядке, тем более, что Чингис-Хан не приказывал сражаться со всем войском Султана и что они не настолько сильны, чтобы можно было предпринять такое важное дело без явной необходимости. Если предположить, что Султан за ними погонится, то он не сможет это сделать, только небольшой частью своего войска, от которых можно будет легко отбиться, а если не погонится, то могут продолжать свой путь спокойно.

Один Чучи не был согласен, имея свое собственное мнение, говоря:

– Что же скажет мне мой отец и братья, если я вернусь, убежав от неприятеля? Лучше нам оказать всячески сопротивление и стоять храбро против них, чем дать себя убивать в бегстве. Вы исполнили свой долг, сообщив мне свое мнение о напасти, в которой мы находимся, а я буду выполнять свой, стараясь с честью выйти из этой ситуации.

Потом поставив войска в строй, и с радостью повёл в бой. В самом горячем пылу сражения Чучи сам два или три раза проскакал через неприятельские ряды и, встретившись с Султан Магометом, используя разные приёмы пытался ранить его саблей, но он все попытки отбил щитом. Могуллы, воодушевлённые храбростью своего предводителя, показали удивительную стойкость и храбрость в бою в этот день и напали на неприятеля с таким воодушевлением, что несмотря на значительное превосходство в численности неприятельской армии, склонили их к бегству.

Если бы Султан Магомет, видя, что его храбрость не воодушевляет его воинов, что кричал, что хотя бы еще хоть малое время постояли, потому что приближается ночь, которая остановит сражение. Это вывело его из бесчестия, – видеть всю армию бегущей от наименьшего числа Могуллов.

Наступившая вскоре ночь остановила сражение.

Чучи, будучи удовлетворён честью, которую оказали ему его войска, показав чудеса храбрости и доблести в этот день, велел разжечь огромные костры во многих местах своего лагеря и ушёл из него бесшумно.

На другой день неприятели, думая, что противник ожидает для нового сражения, пошли опять, чтобы начать бой, но увидев, что его нет, вернулись на свою сторону.