Публичная власть и новый социализм

Официально было объявлено, что земская реформа должна соответствовать двум требованиям:

1) улучшить городское хозяйственное управление;

2) дать выход «единодушному и громкому запросу на самоуправление, заявленному общественным мнением».

Более того, в разделе первом ст. 23 Общего Положения указывалось: «Крестьянам, вышедшим из крепостной зависимости, предоставляется право наравне с другими свободными сельскими обывателями:

– производить свободную торговлю, предоставленную крестьянам, без взятия торговых свидетельств и без платежа пошлин;

– открывать и содержать на законном основании фабрики и разные промышленные, торговые и ремесленные заведения;

– записываться в цехи, производить ремесла в своих селениях и продавать свои изделия, как в селениях, так и в городах;

Прогрессивные люди того времени прекрасно понимали, что императорская власть в лице Александра III дает «свободы крестьянину» для того, чтобы «отвлечь крестьян от революционной деятельности».

Дело в том, что уже в 1860—1880 годах в России стали возникать различные революционные кружки и организации.

Среди революционных организаций значительную роль в истории России сыграли «Земля и Воля» (1861 год) и «Народная воля».

Землевольцы под влиянием творчества Чернышевского, Герцена и Огарева занимались в основном пропагандой освободительных идей.

Народовольцы были настроены более радикально и революционно. Их программа предусматривала уничтожение самодержавия, созыв учредительного собрания, введение демократических свобод и передачу земель крестьянам.

Именно это и пугало представителей Публичной власти того времени.

И вот в такой зловещей атмосфере «революционного террора» в России вдруг появились «новые революционеры», которые осудили «террор народников» и в основу своей революционной деятельности поставили – изучение экономических законов и экономических укладов общества с позиций марксизма.

Естественно, что российская жандармерия стала более лояльно относиться к таким революционерам, которые собираются только для того, чтобы «читать и обсуждать экономические книжки».

Правительство России, в связи с этим, даже разрешило легально печатать и обсуждать работы К. Маркса и Ф. Энгельса в российских газетах и журналах.

Так в России в конце 19-го века наступила эпоха «легального марксизма».