Азбука Спасения. Том 1

в самый грех облек его, да не к тому видит человек, якоже хощет, но зле видит, зле слышит, ноги имеет стремительны к злодеянию, руки, творящие беззаконие, и сердце, помышляющее злая…

Как во время мрачной и темной ночи, когда дышит бурный ветр, колеблются, мятутся и приходят в великое движение все растения, так и человек, подвергшись темной власти ночи – диавола, и в этой ночи и мраке проводя жизнь свою, колеблется, мятется и волнуется лютым ветром греха, который все его естество, душу, разум и помышления пронзает, причем и все телесные члены его также движутся, и нет ни одного ни душевного, ни телесного члена, свободного от греха, обитающего внутри нас.

Святитель Иоанн Златоуст

Нестерпима геенна и мучение в ней

Для имеющего чувство и разум быть отверженным от Бога уже значит вытерпеть геенну… Нестерпима геенна и мучение в ней, впрочем, если представить и тысячи геенн, то все это ничего не будет значить в сравнении с несчастием лишиться блаженной славы, быть отверженным от Христа и услышать от Него: Я никогда не знал вас (Мф.

7:23), и обвинение, что мы, видя Его алчущим, не напитали! Ибо лучше подвергнуться бесчисленным ударам молнии, чем видеть кроткое лицо Господа, отвращающееся от нас, и Его ясное око, которое не может взирать на нас.

Лишение благ причинит такую муку, такую скорбь и печаль, что если бы и никакое наказание не ожидало грешников, оно само по себе сильнее гееннских мук будет терзать и возмущать наши души… Многие безрассудные желают только избавиться геенны, но я считаю гораздо более мучительным, чем геенна, наказанием – не быть в славе, и тот, кто лишился ее, думаю, должен плакать не столько о гееннских мучениях, сколько о лишении Небесных благ, ибо одно это есть самое жестокое наказание.

Услышав об огне, не думай, будто огонь геенны похож на здешний: этот – что захватит, сожжет и прекратится, а тот – кого охватит однажды, будет жечь всегда и никогда не перестанет, почему и называется неугасимым. Ибо и грешникам надлежит облечься бессмертием – не в честь, но для непрестанного мучения.

А как это ужасно, ум и представить не может, разве только из опытного познания маловажных бедствий можно получить малое понятие о тех великих мучениях.

Если кто скажет: как же душа может претерпеть множество мук, когда при этом она будет испытывать наказание бесконечные веки? Такой человек пусть думает о том, что бывает здесь: как часто многие продолжительно и тяжело болели.