Ратибор и сыны Одина

 – И так два раза пронесло чудом, живым ушлёпал, сам не ведая, каким образом! В третий раз так может и не повезти…

– Его два раза к тому же и пронесло? – рыжебородый великан откинулся на траве, праздно разглядывая всё ещё видневшиеся на небе звёзды, впрочем, стремительно таявшие на глазах, как попавшие на тёплую ладонь снежинки. – Надо было деньжат с купчика стрясти за такое дело, ибо лекари дерут за эту услугу с три шкуры… Будет должен торгаш!

– Рат, ты когда рожи корчить страшные начинаешь да рычать жутко, меня самого не слабит только потому, что ты в тот миг обычно ряхой своей свирепой не ко мне повёрнут… – Яромир улыбнулся уголками губ, после чего вынес на обсуждение следующее предложение: – Может, тебе подрабатывать начать у Добролюба по данной проблеме? Послабляющие грибочки нынче в цене немалой, так что старый знахарь наверняка примет тебя с распростёртыми объятиями! Как зайдёт страждущий соплежуй, ты, значится, своим могучим рёвом обдаёшь его мгновенно поседевшие космы да сигаешь к нему сразу с корытом… Главное ведь что тут? Главное, успеть добежать…

– Я согласен пойти в подмастерья к Добролюбу, Яр, – Ратибор ехидно усмехнулся, – но с одним условием: с корытцем сигать к горемыкам нерадивым ты сам будешь!

– Предлагаю назначить ответственным за столь важное действо Мирку, он половчее скачет…

– Я тебе, Яр, эту лохань опосля, вместе с содержимым, заместо малахая на чердак натяну!

– Понял тебя, тогда предлагаю подключить княжьего племяшку к сему серьёзнейшему заданию…

– Поддерживаю, – Ратибор с ленцой зевнул, впрочем, тут же оживившись: – Корыто и Емельян, это два звена одной цепи, неразрывно между собой связанных!.

– Я только за, – согласно шмыгнул носом Мирослав.

– Тогда решено, ибо единогласно! – Яромир едко хрюкнул. – С лоханкой бегает Емельян!..

Рассветные лучики восходящего солнышка только-только прорезали косыми линиями бескрайний горизонт да озарили всё ещё темнеющий небосвод, плавно выкатываясь из ночной спячки и разгоняя прочь непроглядную темень, когда старые приятели, проснувшись с первыми петухами, подошли к шумной речке и расположились на пологом бережку, недалеко от длинного бревенчатого причала, в ожидании обещавших объявиться в Дубкино с пробуждением светила северян.