Либералия. Взгляд из Вселенной. Свобода – вид сзади

Вскоре мы расстались навсегда, оставшись обоюдно довольными этим неожиданным общением, но этот эпизод с сияющим лицом от безумного верования в эту мистическую троицу мужского рода, называемую женским именем, больше напоминающую мне Пушкинских трёх девиц под окном, так сильно врезался мне в душу, что память о нём, я так и унесу с собой в иную жизнь.

То был тяжёлый период в моей жизни, когда судьба, ни без помощи жены, занесла меня в богоносное братство, в котором о Святой Троице я услышал такое вот суждение остроумного Священника, высказанное им в тёплой непринуждённой братской атмосфере: «Святая Троица есть распятье для мозгов».

Да для мозгов она действительно распятье, ибо логически её лица никак ни связать меж собой. Но для верования в неё она самый раз – то, что надо. Ведь чем мутнее объекты верования, тем вера в них крепче, ибо вера слепа, как слеп и человек, окружённый всяким мутным смысловым хаосом. И когда хаос в наших головах выстраивается в порядок, чем и занимаются учёные естествоиспытатели, и исчезает из нашего быта, то вместе с ним исчезает и сам Бог, и вера в него.

В моей же голове давно полный порядок, и в ней не может быть ни Бога, ни веры в него. И мне не на кого молиться. А они всё равно никуда ни деваются, так как они присутствуют в самом этом прядке, как неотъемлемая атрибутика человеческого сознания и его души.

Свою же неслиянную и нераздельную троицу: энергию, жизнь и закон, куда более святую, чем Божью, так как «ей же вся быша», что в переводе с церковного на человеческий означает «ей всё и сотворено», пусть и ничего и не творилось, а так всё и было, я пишу со строчных букв.

И действительно, они друг без друга не существуют, они триедины, и среди них нет ни первичного, ни вторичного, ни третичного, что есть тоже, как и Святая Троица, распятье для человеческих мозгов. В этом и кроется секрет многотысячелетних заблуждений всех богословов, философов и мыслителей, что к науке даже близко не приблизились, и которые до сих пор чуть ли ни основным вопросом своей жизни считают вопрос о первичности и вторичности духа и природы, сознания и материи.

Основа любой жизни, в том числе и человеческой, совсем и ни в его разуме, ни в высшем, ни в человеческом. Разум так – придаток, она много выше – она в законах жизни, а точнее в триединстве: энергии, её жизни и законах этой жизни.