Убить Гертруду

На пути ему опять попалась перевернутая табуретка, он пнул ее ногой, прошелся по скинутой на пол тарелке, расколол ее, от хруста битой посуды вздрогнул, швырнул табуретку в сторону, как мусор на пути, подошел вплотную к дивану, всё так же с вытянутыми кулаками и с неописуемым горением в возбужденных глазах. Их взгляды пересеклись в одной точке, будто окатывая друг друга темной, опасной для того и другого силой.

– На-а-а-а-а… – проревел Николай тигриным рыком и разжал кулак.

На одной ладони его, другую руку он сразу убрал, лежала якобы золотистая мини-модель автомобильчика «тойота»: грязно-желтенький седан «Марк X», представлявший из себя пластмассовую детскую игрушку, с которой дети обычно играются в песочнице, а потом, по своей же рассеянной невнимательности забывают ее взять домой.

А если и дома вспомнили про нее, то не бегут обратно в песочницу, спохватившись скорее забрать ее, пока к ней, как можно было сообразить, кто-нибудь да не приделал ноги. Машут рукой, мол, ничего такого не случилось, и дома с большим аппетитом поедают вкусный обед, приготовленный мамой или бабушкой. А вечером, вернувшись снова на площадку, находят машинку в песочнице. По своей копеечной неказистости она никого не привлекла, и ее попросту никто не присвоил. Никому такой хлам не сдался!

Николай, уловив щепетильность ситуации, взял в свою ладонь руку Антона, да и вдавил в нее машинку, этим жестом подчеркнув, что полностью передал ее новому владельцу, то есть вручил как приз в самодеятельном конкурсе, домашней викторине с чертовым колесом.

Сам он перепрыгнул на исходную позицию, с которой и начал магическое действо – отсчитывал названные две цифры. В глазах его мелькнуло не то что сожаление, но нечто похожее на тоску: эта машинка теперь уже не его…

– Вот, вот смотри! – Он не мог унять возбуждение – Честно всё было, смотри! Не подумай, что я там что-то подменил, пока ты смотрел в пустую стену.

Он долго еще не унимался, доказывал, что всё было честно, что он нисколько не саферистничал, подарил искренно и безвозвратно.

– Раз, два, три…

Он отщелкивал пальцами второй ряд, щелкал по каждой машинке указательным пальцем так сильно, что третья машинка по счету, черный «гелендваген» сместилась со своего места и наехала на вторую машинку по счету, красную «феррари». «Феррари» не устояла под напором счета и во всей своей вызывающе красивой, настоящей металлической и стекольной огранке полетела на пол, стукнувшись передним бампером о грязный пол.