Либералия. Взгляд из Вселенной. Потерянный дом

Но если одни люди покидали страну, чтобы скрыть свои бессовестно наворованные у её народа капиталы, в соответствии с созданными ими же воровскими законами, то другие – потому, что не чем и не на что в ней было жить. Ведь формула ГайдароЧубайсотерапии и состояла в том, что чем людям хуже, тем их будет меньше, и тем ГайдароЧубайсам – лучше.

Весна и лето прошли в голодухи, а осенью вышло распоряжение правительства Гайдара, что я помню, как самый памятный день в моей жизни, ибо с него институт охватила предсмертная паника и агония, отобрать все наши помещения, и передать их Высшей Школе Экономики и Российской Экономической Школе, оставив нам крохи на условиях коммерческой аренды.

Как говориться: «Охренеть!» Заставить конкурировать прикладную науку в условиях, когда её единственными заказчиками должны были быть промышленные предприятия, многие из которых, к тому времени, приказали долго жить, а остальные медленно умирали, с торговыми точками, повально ставшими арендовать все свободные помещения Москвы для торговли импортной продукцией.

И именно с это момента в институте стихийно возник штаб по его спасению из четырёх добровольцев, неравнодушных к жизни людей, куда вошёл и я. Было просто некуда деваться. Мы оказались подобны тем крохотным и тщедушным зверькам, которых враг загнал в угол, и которые, развернулись, окрысились и из кошек превратились в львов и тигров. И такое могли сотворить только пришедшие к власти фашисты.

Вы, наверное, уже и сами поняли, что шок был организован нашей двуглавой властью ГайдароЧубайсом не для экономики, которая бездушна и для которой никакие шоки не страшны, а для живых одушевлённых людей, терапию для которых никто и не планировал: выживут так выживут, умрут, так умрут.

Как скажет Гайдар – «Зато страна будет мобильнее».

Он не договорил, что чем больше людей вымрет, тем мобильнее будет человеческий остаток, но это вытекало из всей его боевитой и бесчеловечной сущности. И какая же это терапия? Это была шоковая хирургия, обречение населения страны, что есть живой общественный организм, на удаление из него слабых и обессиливших его элементов, на их вымирание, без применения анестезии.

Конечно, же страна, под руководством младореформаторов, которым беспомощный во всём, кроме властвования, и всегда под хмельком, Б. Ельцин полностью отдал управление, поставив для присмотра за ними своего зятя и свою дочь, оказалась тогда в безвылазной яме во всех направлениях её жизни, и надо было принимать экстренные меры.