Либералия. Взгляд из Вселенной. Потерянный дом

Так почему же у людей, живущих в разных условиях – за полярным кругом, где сплошная зима, рыба, тюлени, олени и белые медведи, и на экваторе, в тропических джунглях, где вечное лето и где растёт, ползает бегает, скачет и летает всё то, что вообще способно жить, пути развития должны быть одинаковыми?

Все, кроме «коммунистов», высмеивали и китайский путь развития, которому удалось перейти к высокому темпу развития экономики под монополистическим управлением коммунистически партии без её опрокидывания, в то время как мы, ведомые либералами, и русофобами остались и без партии, и без идеологии, и без будущего, и без прошлого, и без экономики, и с подпорченным либеральной заразой народным духом, и, чуть ли, ни без государства.

И вот этот барьер между «до» и «после», я бы определил, как скачок в изменении цены человеческой жизни, связанный с изменением общественно-экономической формации жизни государства и его ценностных приоритетов, что нашло отражение и в медийной среде, и в массовом сознании народа.

До – это высокая цена, после – цена низкая.

Вам может показаться, что это парадокс, когда государственные приоритеты в политики и общественной жизни, в противовес приоритетам личностным и частным, ведут к развитию личностных качеств человека, как таковых, к гуманизации общественного сознания и человечества. Но это лишь только потому, что в вас, как и во мне, с детства не воспитывали системного образа мышления, расстанавливающего жизненные приоритеты, вне зависимости от государственных политик, новомодных общественных теорий и представлений.

Так, если под гуманизацией, в одном случае, понимать воспитание уважения к человеку, как к таковому, а в другом – воспитание уважения к людям, как к тому социуму, к которому принадлежит воспитанник, то это два противоположных и взаимоисключающих подхода к воспитанию: первый – либеральный, второй – социальный.

Интеллект отдельных разрозненных людей, коренным образом связанных с обществом, в котором люди проживают, как бы он не был высок, не всесилен и крайне ограничен.

И всё дело тут в том, что из системного мышления, устанавливающего структуру связей всего со всем, вытекает, что жизнь – это всегда предельный порядок и несвобода всего и во всём, за исключение того минимума личностных, как бы внесистемным свобод, которые не только разнообразят жизнь, но и устанавливают в ней и новые связи, то есть, новые несвободы.