Валентин (иллюстрированный)

Она все еще поглядывает на мой блинчик, и мне становится неловко. Я изо всех сил стараюсь на обращать на это внимания, но сыр настолько сильно и притягательно пахнет, что даже у меня просыпается аппетит. Я откусываю кусочек и начинаю понимать, почему Эмма считает это место лучшим в городе. Мягкий соленый блин и четыре вида расплавленного сыра. Мужчина не пожалел горгонзолы, поэтому вкус резкий, но просто необыкновенный.

– Я живу одна, и времена, когда Поль рылся в моем телефоне, остались в далеком прошлом! – бубню я с набитым ртом.

Если бы жила рядом, то плакала бы моя фигура. Я бы поселилась в этой крепри.

– А он когда-то рылся? – со смешком уточняет Эмма.

У нее всегда так сияют глаза, когда дело касается Поля. Она готова болтать о нем часами. Не знаю, радоваться мне или грустить, но, если у нас с ней однажды не останется общих тем для разговора, я начну рассказывать ей нелепые истории из детства, связанные с Полем. Уверена, она будет слушать меня, затаив дыхание.

– Искал компромат, которым мог меня шантажировать, когда нам было по тринадцать лет, – делюсь я подробностями.

 – Но стоило пару раз ответить ему тем же, и больше он этим не грешил.

– Мой папа тоже не ставит пароль на телефон, говорит, это пустая трата времени, – отзывается Эмма.

– Твой папа очень доверчивый человек, – поддразнивает ее Анабель.

Она наконец перестала пожирать взглядом мою еду и переключилась на Эмму, а та, в свою очередь, будто ничего не замечает и даже не скрывает, какое получает удовольствие. Анабель же похожа на голодного щеночка лабрадора: ее голова повторяет траекторию перемещения блина.

– Тут дело не в доверчивости, – пытаясь отвлечь голодную Анабель, продолжаю я беседу.

Не уверена, что астролог меня слышит. Теперь она посматривает на мужчину за прилавком, и они сверлят друг друга взглядом, словно скоро один из них вызовет другого на дуэль. Анабель явно хочет заказать еще один креп, а весь его вид говорит: «Только через мой труп». Я прочищаю горло.

– Так только кажется, что без пароля ты будто голый.

На деле же мы не выпускам телефон из рук ни на секунду. Он постоянно в поле зрения. Плюс есть папка «Скрытое», куда никто не попадет, а весь компромат у меня там, – хихикаю я.

– Понятно, – устало тянет Анабель. – Ешьте скорее, иначе я сейчас куплю второй и завтра утром буду себя ненавидеть.

Эмма сонно потягивается и трет глаза.

– Да, все мы через это проходим. – Зевая, подруга так широко раскрывает рот, что мне видно ее зубы мудрости.