Тайны полуночной академии

Тем более, что от меня пахло кровью ликантропа и моей собственной раздраженностью.

Я бесцеремонно зашла за конторку, выхватила из рук ведьмы оттиск и приложила к артефакту.

– Эй, так нельзя! – вот почему она меня так бесит, а?

– Прости Клоди, но у меня нет времени. Приложи пальчик, пожалуйста, и я не буду тебя отвлекать.

– Не называй меня Клоди! – прошипела ведьмочка, взяла артефакт и все досконально изучила. Молодец, кстати – смахиваю предательскую слезу гордости – ведь еще недавно сама ей говорила, чтобы все всегда проверяла и перепроверяла, несмотря ни на что.

– Спасибо, дорогая, – улыбнулась ей самой ангельской улыбкой из своего арсенала. Чего это она вздрогнула, интересно?

Нет, ну а что? Нравится мне подтрунивать над этой ведьмой. Она пришла после курсов такая важная, гордая, распределенная в столицу, а не в какую-нибудь глухую провинцию, тут же начала качать права и воротить нос. Таковы все ведьмаки, что поделать.

К счастью, в царстве наших кладовщиков я не задержалась.

Так, новый амулет и китель получены, теперь пищеблок для вампиров. Хотя, по сути, все тот же склад, только с монструозной холодильной паровой установкой, занимающей треть подвала. Кровь здесь можно получить только по специальному разрешению после ранения или длительного дежурства. Никаких покупок, никаких выносов из помещения. Все как всегда, только режим строгой экономии и жесточайшего учета.

Раз в пару месяцев каждый здоровый взрослый человек обязан сдавать немного крови. Также он может стать добровольным донором – за это хорошо платят. Но ведь мы в полуночных землях и вампиров тут много, хотя конечно не так много, как других рас. В общем, пищи не хватает. Можно было бы наладить контакт с полуденными государствами, но как ее тогда перевозить?

В столовой я до этого была только один раз во время сильнейшей драки в участке.

Я зашла в маленькую комнатенку с парой столов и несколькими стульями, совершенно пустую, за исключением, конечно, дежурной.

– А, Вайлет, проходи, проходи. Уже знаю, как ты того оборотня, ух! – пожилая, разве что не песок сыплется, бабка, стала дергать за какие то рычажки, чтобы достать фляжку.