Тайны клана Ши

– Сколько тебе сюда бежать? Полчаса, час? Ни одна защита столько не продержится.

– Я могла бы помочь установить хорошую, мой покровитель…

– Покровитель? Ты обзавелась покровителем? Ну ка, ну ка, рассказывай! – женщина усадила меня за стол, молниеносно наметала на него тарелочки с пышущими жаром булочками и ароматным печеньем, расставила чашки.

– Может, все же поговорим о защите? – поморщилась я.

– Вайлет, ты так мило смущаешься. Поверь взрослой женщине, в сильном мужчине, способном тебя защитить, нет ничего плохого.

Постой! – от этого крика, я подскочила, хотя до этого прилагала усилия, чтобы не опустить взгляд и не начать теребить одежду. – А это не тот импозантный вампир, который приезжал за тобой в прошлый раз?

Вот тут уже никакая сила не удержала меня от того, чтобы отвести взгляд.

– Да, это милорд Даркнелл.

– Ты называешь своего любовника милордом? – Бека весело хмыкнула и разлила по чашкам дымящийся напиток.

– Мы еще не…

– Так чего ты ждешь? Такой мужчина – надо брать!

– Бека, не смейтесь!

– А я и не смеюсь.

Неужели ты думаешь, что не заслужила спокойствия и счастья?

– Наверное… Я просто кое что узнала о себе, и не думаю, что вот прямо сейчас готова к отношениям.

– Правда? – Бека тут же стала серьезной, подсела к столу, прекратив хлопотать у плиты. – Расскажешь?

Я кивнула. Естественно, я не могла рассказать ей все. Тайны клана и полицейского расследования останутся неприкосновенными. Но, возможно, эта мудрая женщина даст мне дельный совет, поддержит, а я заодно смогу избавиться от этих совершенно лишних эмоций.

– Понимаете, я все-таки не хотела становиться вампиром, – сбивчиво начала я. – Я видела карточку с оттиском своего изображения, и там такая милая добрая девочка, не то, что сейчас… В общем, у меня был муж, он меня обижал, а потом и вовсе продал вампиром в счет карточных долгов. А я ничего этого не помню!

Вампиры не плачут? Бред! Слезы сами потекли по щекам, и я отвернулась к окну.

– Вайлет, посмотри на себя, посмотри какой ты стала, – Бека обхватила мои ладони своими.

Она умела говорить сочувственно, но без жалости, а еще она одна из самых умных и здравомыслящих людей, которых я знаю.

– И какой? Я стала жесткой, холодной, целеустремленной, а той девочки больше нет.

– Ты сделала все, чтобы выжить в вашем мире – это раз, – резко и безапелляционно заявила женщина. – Тебе совершенно не за что себя винить. Та хрупкая наивная девочка в нем бы не выжила, согласись.