Эквивалент

Открыть глаза означало столкнуться с реальностью, а мне ужасно этого не хотелось. Хорошо было просто лежать, свернувшись калачиком под пледом и ни о чем не думать. Но вечно так продолжаться не могло. Досчитав до десяти, я, наконец, приоткрыла глаза и огляделась. Я лежала на черных сидениях, от них вкусно пахло кожей. По тонированным стеклам текли дождевые капли. Салон машины был большой, я легко умещалась на заднем сиденье, наверное, джип или что—то вроде него. Я плохо разбиралась в машинах, но даже такому профану как я было ясно, что машина очень дорогая.

Я села. В зеркало заднего вида на меня смотрел парень, которого я раньше видела в тюрьме. Наши взгляды встретились в зеркале, я вздрогнула и опустила глаза. Все—таки он мне не привиделся.

– Как себя чувствуешь? – спросил он. От звука его голоса я снова вздрогнула.

– Нормально, – прохрипела я. – Нормально, – откашлявшись, повторила я. Голос прозвучал лучше.

– А по твоему виду не скажешь, – хмыкнул он. – Есть, пить хочешь?

– Нет, – я помотала головой.

– Вторник.

В пятницу бы день моего рождения. Значит, прошло четыре дня. Мне пятнадцать лет и четыре дня. Несколько минут я молчала, собираясь с духом.

– В какую колонию ты меня везешь? – наконец спросила я. Мой голос, несмотря на усилия, дрожал.

– Мы не едем в колонию.

– А куда? В тюрьму? – моя душа упала в пятки.

– Нет, – покачал головой парень. – Тебя не посадят.

– Не посадят? – переспросила я. – Ничего не понимаю.

– Поймешь. Позже.

– А Алина с Ксюшей? Что с ними? – спросила я.

– Они в детдоме.

Я сидела, не смея от страха поднять глаза. Что со мой собираются делать? Видимо колония за избиение сына судьи было слишком мягким наказанием для меня. Наверное, это дружок этого Димона. Везет меня к нему. От одной мысли, что будет дальше, мне становилось жутко. Так ладно, не паникуй. Я попыталась успокоиться и придумать, что делать дальше. Не бывает безвыходных ситуаций. Может выпрыгнуть из машины? Но мы неслись по дороге на бешеной скорости.

– Пожалуйста, останови машину, – прошептала я. – Дышать, мне нечем дышать.

Водитель оглянулся и посмотрел на меня. Видок у меня, наверное, был тот еще. Каждый вдох—выдох мне давался с трудом. Машина съехала на обочину и остановилась. Слава Богу, получилось! Послышался щелчок, двери открылись. Я распахнула пошире дверь и свесила ноги. Глубоко вздохнула.