Сердце морского короля

– Скажите, амо-на, – обратился вдруг к ней Эргиан, – а ваши жрецы когда-нибудь охраняли королей иреназе?

Вопрос был таким неожиданным, что Джиад вздрогнула и окончательно отвлеклась от положения дел на доске.

– Нет, насколько мне известно, – ответила она.

Алестар лежал рядом расслабленно, и только хвост его едва заметно подергивался, словно у беспокоящегося кота.

– Но никаких препятствий к этому не имеется? – уточнил Эргиан, делая ход, который не мог принести ему ровно никакой пользы – у края доски, вдали от основного поля битвы.

– Кажется, нет, – пожала плечами Джиад и невольно снова покосилась на Алестара. – Конечно, это было бы сложно. И бессмысленно, насколько я могу судить. Под водой иреназе – гораздо лучшие бойцы, чем люди, даже от наших жрецов не будет особого толка.

– И это говорит победительница сирен? – мягко улыбнулся Эргиан, делая еще один ход, настолько бессмысленный, что Джиад заподозрила кариандца в желании проиграть партию.

– Сирен, а не иреназе, – усмехнулась она в ответ.

 – Сирены не бойцы, они падальщики, привыкшие к легкой победе над ослабленными жертвами. И то бой с ними мне дался нелегко. На земле с парой-тройкой противников я бы справилась куда проще, а здесь едва не погибла.

– Понимаю… – задумчиво согласился кариандец. – Но ценность вашего служения не только в воинском мастерстве. Вы умеете думать, амо-на Джиад. А верность цены вообще не имеет.

– Мой прежний наниматель с вами бы не согласился, – одними губами улыбнулась Джиад, а в сердце уже привычно потянуло холодной тоской.

 – Он оценил меня в двадцать пять лет торговой свободы Аусдранга на море. Хорошая цена, мне бы стоило быть польщенной.

«Сердце моря, – напомнила она себе. – Кариандец знает, что оно пропало. Но молчит, не позволяет себе ни вопроса, ни даже любопытного взгляда, хотя Алестар снял цепь с фальшивкой, которую носил напоказ. Почему он молчит? Ну не из учтивости же! Такая-то насмешливая язва…»

Алестар, возможно, подумал о том же, потому что поднял взгляд от доски, в упор взглянув на Эргиана, ответившего печальным вздохом.

– Вам не нравится тосу? – поинтересовался кариандец у рыжего. – Какая жалость. А я надеялся, что мы не раз поиграем, когда окончательно станем одной семьей. Это, конечно, не гонки…

– А вам не нравятся гонки? – усмехнулся Алестар. – Какая жалость. А я надеялся, что вы будете часто сопровождать меня на Арену.