Война и человек в русской классической литературе

Война задает вопрос: почему человек превращает прекрасную поэзию природы и жизни в безобразную прозу разрушения?

«…Началась война, то есть совершилось противное человеческому разуму и всей человеческой природе событие», —писал Лев Толстой в романе «Война и мир». Что может противопоставить человек смерти, потере близких, страху, малодушию?

В оценке и в изображении войны Л. Толстой близок великому поэту. Как и Лермонтов в «Бородино», он рисует незаметных, рядовых участников сражений – истинных героев Отечества.

Писатель употребляет нравственные понятия и не говорит о явлениях социальных и экономических. Этими принципами оценки исторических событий, и в частности войны, определяются и методы ее изображения.

Как к оценке поступков отдельных людей, так и к оценке исторических событий Толстой подходит с критериями добра и зла. Развязывание войны он считает величайшим проявлением зла. Уже в рассказе «Набег» молодой автор пытался подойти к войне не только как свидетель и участник, живо рассказывающий о боях и походах, но и как мыслитель, задумывающийся над вопросами о сущности войны, о ее причинах и следствиях.

В вариантах «Набега» Толстой сделал признание: «Война всегда интересовала меня. Но война не в смысле комбинаций великих полководцев – воображение мое отказывалось следить за такими громадными действиями: я не понимал их, – а интересовал меня самый факт войны – убийство. Мне интереснее знать: каким образом и под влиянием какого чувства убил один солдат другого, чем расположение войск при Аустерлицкой или Бородинской битве».

Уже в ранних военных рассказах Толстого заметно его стремление поразмыслить над вопросом о том, что значит война не только для отдельного человека, а и для того или иного сообщества людей – семьи, народа, нации, государства. «Неужели, – пишет Толстой в рассказе „Набег“, – тесно жить людям на этом прекрасном свете, под этим неизмеримым звездным небом? Неужели может среди этой обаятельной природы удержаться в душе человека чувство злобы, мщения или страсти истребления себе подобных? Всё недоброе в сердце человека должно бы, кажется, исчезнуть в прикосновении с природой – этим непосредственнейшим выражением красоты и добра».

В вариантах к «Набегу» молодой писатель сделал попытку ответить на поставленные им вопросы. «Война? Какое непонятное явление в роде человеческом.