Секретарша и бандит

– Канадец ворвался в чужой номер отеля, – медленно спускаюсь вниз. – Выпил пива, позавтракал буррито. Хотел уйти, но выйти не смог. Сломал дверную ручку. Пришлось ему вызывать девять-один-один. Его обвинили в краже второй степени.

Замолкаю, выжидательно оглядываюсь.

А я ведь сегодня – почти тот канадец. И мой финал тоже несчастлив по-своему.

Володя идёт за мной. Встречает мой взгляд и раскатисто смеётся.

– Анекдоты любите, Александр?

– Реальный случай.

– Надо же. А я тоже, признаться, много разных смешных историй знаю.

Смотрю на часы.

Володя – это далеко не то, что нужно. Но чем-то же цепляет зайку этот теленок. И знает ее хорошо, наверняка.

И не ел я толком, при Микки кусок в горло не лезет. Потратить часок на разведку можно – решаю: – Вай нот, Володя. Я буду рёбрышки под кисло-сладким соусом.

Глава 11. Алена

На работу иду как на казнь. Впервые за все время со мной такое. Всегда ведь летела, будто крылья за спиной были – как только Володю увидела.

Работу секретарем я рассматривала всего на несколько месяцев, пока диплом писала: непыльно, ненапряжно и есть время заниматься личными делами. Но на этапе собеседования, когда Володя улыбнулся мне как принц из сказки, я поняла – да хоть уборщицей здесь буду пока не погонят!

– Ну, Алена, – Валентина Ивановна вбегает в приемную, когда часы показывают девять ноль пять, – инспекция сегодня? Не в курсе?

– В курсе. Сегодня придет проверяющий.

Проклятущий проверяющий, чтоб его покусали за то самое место, которым все мужчины дорожат больше всего.

Опасная у нас работа, оказывается!

– Ты предупреди, как придет. У нас все чисто – не подкопаешься, но мы еще перепроверим с девчатами, – Валентина Ивановна протягивает мне конфету с коньяком, и я кладу ее на язык – горько. И сладко.

– Хорошо.

Тупо смотрю в монитор, и через несколько минут он гаснет от бездействия.

– Аленочка, принеси кофе, милая.

Поднимаю голову, и злорадно думаю, что кто-то выглядит еще хуже невыспавшейся меня: мой любимый директор. Помят, небрит, несвеж и даже душный парфюм не заглушает перегар.

«Пока я ворочалась без сна, переживая события вечера – он напивался и веселился, – зло думаю я, и сужаю глаза.