Грани безумия. Том 2

 – Мирабелла Розамунда Кларисса Летиция Логрейн, приди ко мне! Эмерик Артур Себастьян Дорс Логрейн, приди! Придите на мой зов, заклинаю вас милостью Претемной Госпожи!

Он влил в слова столько силы, что язычки пламени над свечами качнулись, будто от ветра, и тени заплясали по стенам и потолку. Отклика не было. Грегор принялся читать формулу снова, наращивая вложенную мощь на каждом слове. В комнате уже было трудно дышать от магии, свечи трещали, сгорая куда быстрее обычного, воздух над ними плыл и мерцал от жара…

– Приди! – выдохнул Грегор, поднимая руку.

 – Приди! Именем Претемной Госпожи!

Пустота. Темная безмолвная пустота была ему ответом. Грегор закусил губу, злясь и стыдясь одновременно. Конечно, души не обязаны являться на зов, хотя чаще всего не отказываются это сделать. Зачем им отказываться? В Претемных Садах время бесконечно, можно выделить малую часть, чтобы вернуться в мир живых, ответить на вопросы и самим что-то узнать…

Бывает, что душа не хочет возвращаться даже ненадолго, тогда сила некроманта принуждает ее, вытягивая из Садов, заставляя прийти.

Но это совершенно другое ощущение! Борьба, преодоление… Сейчас, Грегор готов был поклясться, ему не отвечал вообще никто, словно Логрейнов не было в Садах. Но не могут ведь они быть живы! А останься они в этом мире, появились бы все равно, потому что на призраков этот призыв действует еще лучше. Что же там случилось, на этой проклятой лесной дороге?! Похоже, Логрейн-старший не зря не боялся разоблачения!

– Придите! – выкрикнул он, уже понимая, что никто не отзовется, и досадливо дернул уголком рта.

Взглянул поверх звезды на молчащих зрителей и раздраженно бросил:

– Прошу прощения… Не понимаю, что это за аномалия!

– Вот и у нас с Немайн было то же самое, – отозвался лорд Эддерли так сочувственно, что это разозлило еще сильнее. – Никакого отклика. Будто живого человека призвать пытаешься, но это ведь невозможно!

– А вдруг? – прошептала Кларисса. – Лорд Бастельеро, лорд Эддерли, вдруг мои родные живы? Вдруг дядюшка не смог поднять на них руку, и они где-то…

Ее голос сорвался на всхлип, и все с жалостью посмотрели на бедняжку.

Даже Грегор ощутил, как сочувствие стирает злость от неудачи.

– Моя дорогая девочка, – удивительно ласково сказала всегда сдержанная леди Немайн. – Если дознание найдет хоть какой-нибудь след, разумеется, мы пройдем по нему до конца, но вы же понимаете, надежды очень мало.