Иная Реальность

Ариана уже плыла навстречу им.

Алекс подбежал к воде и поплыл за ней. Подплыв ближе, он увидел, что это животное крупнее чем показалось, но, увидев, как оно играет с Арианой, словно котенок тыкаясь мордой в ее руки, страх прошел сам по себе. Маленький мармут проплыл под животом, почти касаясь, вынырнул, мимоходом взглянув в глаза Алекса, и поспешил за своей матерью.

– Плыви к нам, – сказала Ариана, залезая верхом на мармута. Но это животное, видно, решило само поближе познакомиться, и поплыло навстречу Алексу с Арианой на спине, которая сидела словно наездница-амазонка.

Подплыв ближе, оно внимательно посмотрело в глаза, как бы решая, какой ты человек.

– Учти, – сказала Ариана, – они тоже могут чувствовать твои мысли и эмоции, так что думай о хорошем.

– Да мне плохого ничего и в голову не приходит. В этом мире просто нет места для злобы и ненависти, здесь только покой и гармония. Я счастлив здесь. Мармут уткнулся мордой в лицо, фыркнул и подставил свой бок. Ты нравишься ей, она доверяет тебе.

Можешь сесть рядом со мной. Алекс с трудом вскарабкался на спину этого грузного животного с плотной как у дельфина шкурой и устроился позади Арианы.

– Держись за меня крепче, – сказала она, сама при этом ухватившись за прядь волос у основания головы и крепко обхватив ногами тело животного. Алекс прижался, обняв бархатное нежное тело Арианы, почувствовав при этом сильный трепет и прилив нежности от прикосновения к этому хрупкому созданию.

Ариана слегка толкнула мармута и он с легкостью понесся по волнам, обдавая их солеными брызгами, иногда ныряя на глубину и снова выныривая.

Это очень забавляло Ариану, она весело смеялась и была в этот миг совершенно беззаботна и счастлива, впрочем, так же, как и Алекс.

Оказавшись на мели, они скатились с мокрого гладкого тела в воду, а парочка мармутов, описав круг, поплыла дальше, пофыркивая и хлопая плавниками по воде.

– Правда, они милые? Вот скажи, как можно причинить вред этим созданиям? Ты видел их глаза? Она что-то еще говорила и говорила, а Алекс смотрел на нее как зачарованный, на ее соленые мокрые губы, на искрящиеся глаза бездонной синевы и невольно потянулся губами к ее губам.

Она даже не успела закончить фразу, когда он коснулся ее губ.

Дрожь пробежала по ее телу, перетекая в него, а затем обратно, как бы соединяя их невидимой, но яркой, мощной энергией любви.

– Потом мне будет очень больно, – прошептала она, – я боюсь этого чувства.