Зеркало

А кавалер отказывает. Вот жизнь пошла! А хотите чаю, молодой человек?

— Вы меня уже к себе зовете? — Рассмеялся Андрей. — Я помолвлен.

— Да, и поэтому сидите один, курите у подъезда… Жена-то похоже совсем не ждет, ой, — с издевкой протянула девушка. — Тут место красивое есть недалеко, на природе, можем там сесть, поболтать. Дюже поговорить хочется, товарищ! Да не с кем.

— Есть такое, — поднялся на ноги Могучих. — Ну, ведите. Зовут-то вас как?

— А это так важно? — В шутку прикрыла лицо ладонью девушка, оставив щель для глаз.

— Хорошо. Куликова моя фамилия. Идемте, товарищ!

***

Красивым местом оказался самый обычный двор. Андрей удивился, когда Куликова уселась на ржавые, скрипучие качели. Парень взглянул на дом в сумерках — девятиэтажная «панелька», каких по стране тьма. Хороший, ухоженный двор, современный. Футбольное поле. Симпатичные скамейки. Газон. Ели. Все по стандартам. В «панельке» где-то горел свет: люди еще не спали, на верхних этажах кто-то горланил песню.

— Оп! — Извлекла из сумки бутылку портвейна девушка.

— Я помню. Я помню, ты не пьешь. Я выпью сама.

— Это и есть твое красивое место? — Хмыкнул Могучих, подойдя сбоку и раскачивая качели.

— Ну да, а чем тебе не красивое? Знаешь, как здесь было пару лет назад, в 90-е? — Куликова открыла бутылку. — Вот этих прибамбасов не было. Скамейки каменные, площадка заасфальтированная, пару деревьев и все. Голая земля практически. Твое здоровье. — Она хлебнула прямо из горла. — Хорошо пошло! Забор у детдома был металлический.

Сетка. — Кивнула на бетонное ограждение Куликова. — Детвора спокойно туда лазила, в «Казаков-разбойников» играла. Я отсюда родом. Недавно в город вернулась. Уезжала, а тянуло назад, душа была неспокойна.

— Так, вы пейте, но не увлекайтесь, — кивнул на бутылку Андрей. — Я тебя домой не потащу, поняла меня? Я, между прочим, почти женат.

— Господи, какая тоска! Женат! И где она, жена твоя…?

— Это тебя не касается.

— Ой, а! — Улыбнулась Куликова. — Ладно, не обижайся! Обида — это же слабость! А сила, в чем?

— Не знаю! — Раздраженно ответил Могучих.

Уже не совсем трезвая девушка начинала его утомлять. Сколько ей лет? На вид примерно тридцать пять. Ни семьи, ни детей, пьет портвейн ночью в компании незнакомого мужчины. Надо еще что-то объяснять? Приятная, да, но… — Давай я вызову тебе такси.

— …Просто говорят — в правде, но это же неправда, — будто не слыша его, проговорила вслух Куликова, глядя в одну точку.