В поиске Индиго

В сундуке хранились цветные карандаши, медвежонок Фреди – пуговицеглазый, коричневый с белыми ушками – единственный знающий все тайны братьев; карта их селения с названиями, понятными только им: кладбище стальных колибри, комната тихого Дьявола, холм героя Вьетнама, козырек кепки Иисуса, тропа умирающего Сэма и все в подобном роде.

В общем, все новые слова или выражение, услышанные от друзей, родителей, учителей или по телевизору сразу вносились в название объекта карты.

Помимо этого в сундуке хранились пара комиксов о «Человеке пауке», кубик-рубик, привезенный дядей из Советского Союза, сломанный будильник и две палки, обмотанные разноцветными изолентами и проволоками.

На одной из них выжжено спичками «SF» на другой «AF». Основным отличием игрушечных пушек был наконечник ствола: у одного с разведенными в сторону усиками у другого с зауженными. Смысл конструкции Сайман объяснял просто: «С широкими концами легче собирать силу молнии, а с узкими – лазерный луч стреляет точнее».

– Ты где был? – жаловался Алекс.

 – Я уже хотел уйти домой.

– Не бойся, брат. С этим оружием у нее нет шансов, – открывая дверь подобно спецагентам из их любимых комиксов, пред ними открылась жуткая картина: на цепях висел парень лет двадцати пяти, его жилистое тело было изувечено, видно, что его пытали. Причем не только резали ножом, но и прожигали, забивали в хрящи гвозди и, судя по черно-синим отметинам по всему телу, было ясно, что сначала его бесчеловечно избили.

Оба брата замерли, смрад разлагающегося тела, казалось, проник не только в органы обоняния, но и в детскую душу.

«Чтобы он не знал – он сказал все».

– Давай не будем никому рассказывать об этом.

– Давай, – согласился Алекс, замерший на пороге. – Только пойдем отсюда.

– Да подожди, – не обращая внимания на весь ужас, он вошел в помещение и, медленного шагая вокруг висящего тела, начал рассматривать труп. – Смотри какие порезы…

– Сайман…

– Ему, наверное, было жутко больно…

– Сайман!

– Ты бы видел его спину… Тут какие-то рисунки.

– Сайман!!! – наконец, брат оторвался от покойника. Алекс сквозь слезы добавил: – Я хочу к маме… Пойдем отсюда… Ну, пожалуйста.

– Да… Да, конечно, – только после этих слов они покинули помещение.

По дороге домой они не проронили ни слова, будто и не видели измученное тело. Солнце обдувало золотой пыльцой долину прерий. Теплая погода под руки с ветром гуляли по местности на протяжении всего утра, а голубизна небосвода отражалась в глазах мальчишек.