Троянский кот

 – Я все комнаты обойду! Всюду посмотрю! Дядюшка Сарво! Господин Брюс! Пустите!

– Сами хоть к рябому черту в кровать полезайте, а дитя не смейте посылать! – возмутилась вдова, но боцман и Георг нехорошо переглянулись. И больше уже не слушали, что она там выкрикивала и чем грозилась.

Замысел Ганса был прост. Улицы в Гердене узкие, кровли черепичные, с каменными фигурами по углам, чуть ли не над каждой дверью – каменные фронтоны, иные с зубцами, иные с фальшивыми окошками. На крышу богадельни можно попасть с крыши соседнего амбара – даже просто перекинуть доску мостиком к чердачному окну.

По дороге боцман объяснял Гансу про рябого черта – это было герденское словечко, и мальчик его не знал.

– Черт заставляет людей совершать дурные поступки и платит чертовым серебром. Но беду можно исправить, если набрать ровно столько серебра, сколько от него получено, подкараулить его – и швырнуть ему всю горсть прямо в гнусную харю. Честное серебро его обжигает – вот почему у него рожа вся в мелких дырках.

– Как это, дядюшка Сарво?

– Сам я ни разу белый крест не видел, врать не стану, а знающие люди говорили – вдруг возникает непонятно откуда и висит в воздухе. Иногда из того, что Стелле Марис под руку подвернется. Ансен говорил, что ему покойный капитан Ярхундер рассказывал, что будто бы однажды на юге его дед видел, как в таверне взлетели со стола белые тарелки и составили в воздухе крест.

Георг вполуха слушал давно известную ему историю и думал, где среди ночи раздобыть длинную доску. В том, что Ганс преспокойно пройдет по ней двенадцать футов над улицей, в потемках, на высоте третьего этажа, он даже не сомневался.

Время было такое, что уже ходит по улицам ночной дозор, а морякам с ним лучше не встречаться – вражда застарелая, закаменевшая, уже за пределами разума, не говоря о милосердии. То есть, встречаться можно – если бойцов хотя бы поровну.

Дозорных услышали издали – магистрат распорядился одевать их в нагрудные доспехи и выдавать алебарды с колечками. Эти колечки, надетые ниже лезвия, производят звон, от которого злоумышленники убегают. Таким манером и преступление предотвращается, и стражи порядка остаются целы.

Моряки притаились за каменной скамьей у входа в булочную лавку.