Труп-невидимка

Всю жизнь буду помнить, как доставала скорпионов из тапочек…

– Ладно, не деликатничай, все сейчас расскажу.

Когда ляпаешь, главное – вовремя остановить собеседника. Слишком много информации тоже ни к чему. Но Галя оказалась более разговорчива, чем я думала. Очевидно, до нее уже дошли слухи о том, что я стала знаменитой любительницей частного сыска, и она надеялась попасть со своей историей в мой очередной детектив. Удивительно, что только не делают люди ради славы!

– Родилась я, Расторгуева Галина Федоровна, в девичестве Акименко, как ты помнишь, в тысяча девятьсот каком-то там году в семье простых советских служащих, – начала она.

 – В возрасте семи лет была отдана в школу, которую закончила с тройками и четверками, а затем поступила в институт. Будучи студенткой четвертого курса, всерьез задумалась о распределении и стала искать подходящего мужа. Соответственно некоторое время спустя познакомилась с Расторгуевым Алексеем Николаевичем, который за двадцать пять лет до того родился в семье професчсиональных алкоголиков, но порочашее его происхождение преступно скрыл…

Я покорно выслушала все подробности ухаживания, свадьбы, рождения дочери, которые, кстати говоря, и до этого неплохо знала.

Наконец, подробно описав последний по счету запой Лешки, Галка перешла к страусилой ферме.

– Словом, не жизнь была, а Рио-де-Жанейро, чистый бразильский карнавал, с песней и с пляской. И деть Лешку некуда, «хрущобу» нашу разменять, сама знаешь, без шансов. Словом жизнь моя была беспросветная, а тут новая напасть.

Узнала я случаем, что пятиэтажку нашу сносить собрались, а всех жителей отселять в какой-то район, уж и не помню, как называется, где-то на полпути к Киеву…

Я ахнула. По моим подсчетам, мы как раз и находились на этом самом месте – на полпути к Киеву!

– И так мне кисло стало, что по-быстрому, пока не разнесся слух об отселении, я продала свою халупу и купила домик в деревне. Лешка все равно пьет, вылечить его нельзя. Но в «двушке», где поперек комнаты храпит пьяное тело, жихни нет никому, а на селе простор.

Выкатила супружника на тачке в огород – и пусть себе валяется, авось тапки отбросит!

Эта методика, как ни странно, привела к удивительным результатом. Галка, выкатывая мужа в огород, была твердо уверена, что никто на это сокровище не польстится. Однако в один прекрасный день Лешка исчез вместе с тачкой.

Зная, что муженек давно пропил все свои мужские способности, Галка сперва больше беспокоилась за тачку.