Ускоритель

 – Мы забыли позвать рисовальщика! Не начинай, пока не явится рисовальщик!

Артем понял, что летит в бездну.

То воодушевление, которое он с таким трудом в себе вызвал, исчезло напрочь. Драпировки оказались бесполезны.

Вбежал рисовальщик и все дружно стали искать ему подходящее место.

Потом его за опоздание смазали по уху и усадили за работу. Коротким хищным рыком главный лекарь установил полнейшую тишину. Вся компания, кроме Римит, уставилась на Артема.

Прекрасно сознавая свое бессилие, он решил предпринять последнюю попытку.

– Не делай этого! – взвизгнула Римит – Я боюсь!

Артем с надеждой посмотрел на главного лекаря.

– Терпи и думай о награде! – приказал доброволице главный лекарь. – А ты, ускоритель, скажи, зачем ты положил туда руку?

– Я хотел сделать ей приятно, – объяснил Артем. – Обычно им всем приятно, когда так делают.

– Она еще не имела дела с ускорителями, – сказал главный лекарь. – Мы подобрали только неиспорченных доброволиц для чистоты эксперимента. Ну, что же ты не начинаешь?

– Он не готов! – донеслось из-под стола.

– Как так? – удивился главный лекарь. – Эй, наблюдатель, что ты еще видишь в свою дырку?

– Он и не был готов!

– Что же ты молчал?!

– Я думал, что он еще соберется с силами! Но у него все не получается и не получается!

– Ты пожалел его?! – в голосе главного лекаря была ярость.

– Ты же знаешь, главный лекарь, как трудно загнать ускорителя на этот стол!

Несколько секунд главный лекарь думал.

– Ты обманщик, ускоритель! – начал он негромкую, но грозную речь. – Твоя поза – гнусная выдумка! Ты хотел направить наши эксперименты по неверному пути! Римит, слезь со стола и убирайся! А с тобой мы сейчас рассчитаемся! Вызвать стражу! Послать гонца в комитет производителей! Тебя кастрируют на городской площади в назидание всем ускорителям!

Речь была сурова, но только Артему перед тем, как допустить его до Римит, опрометчиво развязали руки.

Решив дорого продать свою жизнь и мужское достоинство, Артем кинулся в атаку. Плохо было одно – расшвыривая малость одряхлевших красавцев, он не знал, к которой из множества дверей ему пробиваться.

И тут судьба устремилась ему навстречу.