Рог Роланда

 – Или я впадаю в безумие, или граф Роланд зовет меня. А третьего не дано.

– А для чего бы вы ему понадобились? Даже если он домогается гибели предателя – при чем тут вы, молодой хозяин? Мы вернемся домой, король соберет всю знать, принародно обвинит графа Гвенелона, а собрание равных решит, как с ним быть. Вы же, молодой хозяин, всего один барон в собрании равных. Коли на то пошло, граф Роланд, упокой Господи его душу, должен был бы обратиться к своему дядюшке, чтобы наш король настойчивее добивался кары для предателя.

Но как решат графы и бароны – так и будет.

Тьедри, слушая Гийома краем уха, стоял в тревожном напряжении – пытался понять, точно ли ему еще слышится далекий и протяжный звук Роландова рога, или это случайные проказы эха. Но последние слова оруженосца снова разбудили голос…

– Есть еще и Божий суд, – коротко ответил Тьедри.

Спорить с ним Гийом не рискнул.

* * *

Кабинки стояли у стены впритык, их было три, в каждую вела двойная дверь, обеспечивавшая почти абсолютную тишину внутри.

Было в каждой по широкому столу и по удобному стулу с подлокотниками, оставался еще пятачок на полу, чтобы поставить сумку или портфель. На столе разместились маленький пульт, динамик, лампа и микрофон на длинной гибкой ноге.

– Вот твоя кабинка, – немолодая женщина, явно ветеран «службы доверия», подвела Алиску к двери.

Она была в старом костюме того унылого делового стиля, который способны терпеть только окончательно махнувшие рукой на свою женскую сущность особы.

Но, если вдуматься, какой смысл наряжаться на ночное дежурство? Для того, чтобы просидеть несколько часов в кабинке, как раз и нужен давным-давно растянувшийся по форме живота и бедер трикотаж. Сообразив это, Алиска пожалела, что принарядилась и заявилась в новых, малость узковатых художественных джинсах с лиловыми разводами.

– Мы берем с собой термосы с кофе, – продолжала женщина, пока Алиска ставила впритык к стене свою сумку.

 – Буфет работает до девяти, так что булки и бутерброды лучше приносить с собой. Ты у нас кто – психолог?

– Четвертый курс, – подтвердила Алиска.

– Очница?

– Ага. У вас тут Наташа Бычкова работала, так мы вместе учимся.

– А что, Сутин еще на кафедре заправляет? – спросила женщина.

– Куда он денется! – зло отвечала Алиска. И тут же между ними установилось понимание.