Диармайд. Зимняя сказка

Голову она опустила так низко, что длинные волосы совсем занавесили ей лицо. Можно было понять только, что лицо – смуглое, а нос вроде бы с небольшой горбинкой.

Теоретически ее за попытку кражи следовало сдать в милицию. А практически – и кражи не было, и в квартире она оказалась по халатности хозяйки, и вообще хозяйка взмолилась, чтобы эту особу ей оставили, не поднимая шума.

Когда бойцы «Генса», вышли на лестницу, имея при себе одну на двоих двадцатидолларовую бумажку, не проходящую ни по каким документам, они уставились друг на друга, и старший покрутил пальцем у виска.

А между тем в квартире происходило кое-что странное…

Гостья, сидевшая в углу, встала и скинула свой каракулевый полушубок. Волосы она обеими руками отвела назад, освободив высокий лоб и чуть впалые щеки. Берницкая же склонилась перед ней, коснувшись пальцами пола, и произнесла голосом, исполненным трепета и восторга:

– Добро пожаловать, крестненькая!

– Мир дому твоему, – отвечала гостья.

После чего обе бросились друг другу в объятия.

– Будь он неладен, этот гейс! – восклицала Берницкая. – Крестненькая, миленькая, наконец-то! Вечно из-за него всякие неприятности! Ты не представляешь, сколько мне стоит вся эта дурацкая сигнализация с инфракрасными датчиками!

– А заклясть дверь?

– Заклинала, но…

– Но сигнализация надежнее? Ладно… – гостья прервала объятие и села к столу.

– Что захочешь… – и Берницкая с тревогой посмотрела на гостью. – Ты сделай посыл – и оно будет.

– Не могу, – ответила та.

– Что случилось?

– Я попала под гейс.

– Тьфу ты!

– Вот именно… Так что придется тебе, видно, бежать в магазин. А я пока посторожу квартиру.

Но Берницкая не торопилась. Ей было страшно любопытно – что стряслось с крестной, которая после курса обучения дала ей удачное, сильное имя и, связанная в результате обряда чем-то вроде родственных отношений, постоянно помогала – то вещим сном, то посылкой с нужными книгами.

– Это был широкий гейс? Или один из трех?

– Нет, не из трех, и я даже не знаю толком вербальной фермулы…

– Как это может быть, Дара?! Ведь гейс наложили в твоем присутствии и с твоего согласия!

– Это не был гейс посвящения, как ты не понимаешь! – вдруг взвилась Дара.