Нереал

Это были как правило, высокие, стройные, подтянутые и какие-то отлакированные леди с озабоченными физиономиями, с маленькими сумочками и большими папками для документов, в том, что называется «строгие элегантные костюмы», и их каблуки трещали по плиткам широкого крыльца как взбесившийся пулемет. Вася подумал, что и любовью они, пожалуй, занимаются с той же скоростью и целестремленностью, с тем же выражением лица, молча и без лирических отступлений.

Но та, что остановилась по другую сторону шестистворчатых дверей, была больше похожа на женщину, чем стремительные, сверхэлегантные, поджарые особы.

– Вы – Алевтина Петрова? – спросил, подойдя, Вася. – Следователь Горчаков. Я тут одно местечко приметил. Если вы не против – там можно поговорить.

Он имел в виду кафе на свежем воздухе за Домом колхозника.

– Вполне, – отвечала Алевтина.

Она смотрела на Васю, чуть склонив голову набок, и во взгляде читалось: надо же, мент, а вполне похож на нормального мужика… Да, пожалуй, именно это и читалось…

Вася много чего за свою жизнь увидел в женских глазах, и это были отнюдь не комплименты.

Именно поэтому, да еще зная, что зловредная Марья Геннадьевна много чего могла наговорить, Вася отвечал на заинтересованный взгляд Алевтины Петровой довольно строго.

Они дошли до кафе, сели, и, поскольку предстояло говорить о вещах довольно интимных, Вася решил придать беседе неформальный оттенок. Он взял две чашки кофе, чем еще больше удивил Алевтину. Все-таки глаза у нее были выразительные. На сей раз в них читалось: вот интересно, им для таких допросов выдают подотчетные деньги на угощение, или это он за свой счет?

– Знаете, мне и начинать-то неловко, – сказал Вася. Он по опыту знал, что такая стеснительность и неуклюжесть у многих вызывают прямо-таки нежное желание помочь и ободрить.

– Если моя Настя… – начала было, мгновенно перепугавшись насмерть,

Алевтина. Вася только что руками на женщину не замахал.

– Настя тут ни при чем!

– Но мне в школе сказали…

– Что вы вдвоем могли быть свидетельницами преступления? Алевтина… простите, как по отчеству?…

– Просто – Аля.

– Ну, не мог же я сказать этой вашей школьной мымре, зачем вы мне понадобились на самом деле! – искренне воскликнул Вася.