Рассказы, изданные на бумаге. Проза

Кобель сильно закашлялся, но проглотил вонючую жидкость. Затем прямо на кухне мы покормили больную собаку.

Пока я мыл руки с мылом, зверь быстро поел и куда-то исчез. Никто не заметил, как это случилось. Мы переглянулись, пожали плечами и стали искать его по всему нашему дому.

Мы осмотрели спальни детей, коридор и веранду, кладовую и сени. Нигде его нет. Решили, что он как-то смог открыть наружную дверь и умчался на улицу, в свою прекрасную будку. Мы махнули на собаку рукой, и пошли все в гостиную.

Оказалось, что всё это время, пока мы скакали по дому, пёс вальяжно лежал на софе, причём на месте хозяина.

– Ах ты, сукин сын, – закричал я на него: – а ну пшёл немедля с дивана!

Виктор сделал очень провинившийся вид и бочком спрыгнул на пол. Он низко повесил опухшую голову, тихонечко кашлянул и уныло поплёлся к двери. Кипя от раздражения, я устремился за ним и вытолкал наглеца за порог.

И тут мои дети принялись голосить: – Врач сказал, что Виктору нужно пожить в домашнем тепле!

Ребят поддержала жена и сурово сказала: – Холодно сейчас во дворе.

Пришлось мне забросить остальные дела и заняться утеплением домика. Я взял несколько старых картонных коробок и разорвал их на большие куски. Потом, нашёл гвозди и молоток и переоделся в короткую ватную куртку и такие же утеплённые брюки, в которых зимой работаю по двору. Утеплившись, как следует, я двинулся к двери на улицу.

Вышел я на крыльцо, а там мороз градусов двадцать, если не больше.

Когда я строил деревянную будку, то мне в голову стукнула здравая мысль, не стоит делать лаз в неё очень большим. Мол, зимой, с маленьким входом псу будет гораздо теплее. Ну, как решил, так и сделал.

На свою же беду, я вырезал вход без учета того, что мне самому когда-то придётся в него залезать. И теперь, мне пришлось изрядно помучиться.

Потом лёг на промёрзшую землю, и с ощутимым трудом втиснулся в дырку по пояс. Там повалился на спину, взял молоток и короткие гвозди, и стал изнутри прибивать, толстый картон на стенки и кровлю.

В тёмной будке мне было неудобно и тесно. Я постоянно ворочался с боку на бок и часто дёргал ногами, чтобы лечь поудобнее. В таких несусветных мучениях прошло минут тридцать, и я почти завершил всю работу.