Дурни вавилонские

От него пахло женскими благовониями, как от младшей жрицы в храме Асторет, которая ловит богатого паломника. И одет он был так роскошно, что мы подумали – это кто-то из царских вельмож с самых верхних ярусов. С ним был маленький, как мальчик двенадцати лет, но немолодой – с виду тридцатилетний, одетый просто, с дешевой головной повязкой. Он еще и почтительно склонялся, так что мы поняли: благоухающий – его господин.

– Радостного вам вечера, парни, – сказал он. – Это ведь вы гоняете тачки у подрядчика Токмака Абрука?

– Мы, господин, – ответил за всех Тахмад, и мы встали.

– Сидите, – велел господин. – Я поужинаю с вами и угощу вас молодым козленком, жаренным на вертеле. Он уже, кажется, поспел. Я подрядчик Халак Барей.

Мы так растерялись, что не смогли сказать ни слова.

– Я вас давно заметил, – сказал подрядчик и сел на скамью напротив Тахмада. – Ступай, Гури, жди меня снаружи. Вы ведь, все шестеро, всегда держитесь вместе?

– Да, господин, – ответил Тахмад. А маленький Гури поклонился и ушел.

– Отчего это?

– Мы все вместе пришли из Субат-Телля, господин. Мы родня и с детства дружим.

– И вы ни в ком более не нуждаетесь?

– Да, господин.

– И ни с кем здесь не подружились?

– Мы знаем своего хозяина и двух надсмотрщиков, господин. Еще знаем парней, которые нагружают нам тачки, и стражников – Баркуда Амади, его брата и еще старого, одноглазого. Нам этого достаточно, господин.

– Как замечательно! – обрадовался он. – Когда-то и я пришел из деревни гонять тачки – и поглядите, чего я добился! У меня свое дело, я держу четверых слуг и носильщиков, меня знают на самых высоких ярусах! На меня работают три десятка человек! И я им хорошо плачу – самый слабосильный из них получает семь «ног» за два дня!

Мы сразу прикинули – семь «ног» это же целых четырнадцать «кувшинов»!

– Боги были благосклонны к тебе, господин, – сказал Тахмад.

– Да, боги привели ко мне человека, который предложил мне хорошее ремесло.

Вскоре принесли блюдо с жирными кусками мяса, горшок с гранатовой подливой, принесли ячменную кашу, лепешки, пряные травы, кружки с пивом, и начался такой пир, что мы поняли – вот ради чего стоит жить. Ну и ради женской ласки, конечно.