Дайте место гневу Божию (Грань)

Он хотел притащить эту мелкую сволочь к Герке за шиворот, чтобы тот объяснил парню причину его краха, назвал поименно виновников, и тогда уж Золотова можно было бы карать по всей строгости закона. Но пока Богуш обежал угол дома, враг исчез. У песочницы стоял один только Цуца и ощупывал поврежденный нос. Щека и пальцы были в крови.

– Где он? – выдохнул, подбегая, Богуш.

– Успокойтесь – больше не придет.

– Ты его знаешь?

– Еще бы не знал! Он тут уже давно крутится.

– А я и не заметил… – Богуш искренне расстроился.

– А черт его разберет.

Цуца посмотрел на пальцы и понял, что все лицо искровянено. Тогда, недолго думая, он стянул майку и стал старательно вытираться. Богуш удивился – ростом парень не вышел, на солнце не валялся, но тело оказалось мускулистым, и это были не сухие, малозаметные мышцы от природы худощавого человека, а довольно объемные, тяжелые, на груди – даже чуть свисающие. Казалось, будто голову уродливого подростка приставили к телу пожилого борца.

– Пойдем домой, я тебе лед к переносице приложу.

– Да ладно вам. И так заживет. Вы вот что, Григорий Леонидович, – к Герке его близко не подпускайте.

– Он мне нужен, – вдруг сказал Богуш.

– Не нужен он вам. Пусть катится. Пусть спасибо скажет, что я его не!..

Цуца осекся.

– У меня с ним свои разборки, а у тебя? – осторожно спросил Богуш.

– Нечего ему к Герке клеиться, – тут Цуца решительно высморкался прямо в майку и внимательно рассмотрел кровавые сопли.

– Он что – клеился?

– Да всех соседей уже достал! У подъезда караулил, гад. Ничего, я знаю, как его отвадить.

– Цуца, ты не знаешь, чего он хочет от Герки?

– Нет, Григорий Леонидович, точно – не знаю. Но хорошего тут не жди. Это не просто наркота, это что-то еще хуже.

– Так он – наркодилер? – Богуш не поверил собственным ушам.

– Ну, и это – тоже… наверно… Все же знают, что Герка кололся!

– Откуда?!. – Богуш растерялся. Вот ведь – забрался в сущую глухомань, край непуганых парторгов, и досюда – докатилось…

– Лето же, Герка в футболке на улицу выходил, ребята на его руки посмотрели и – нет вопросов!

– Когда это он на улицу выходил?

– Да было дело, бегал за пивом…

– Да я бы принес ему! – вскрикнул Богуш.

– Чего уж там… ну, вышел…

Цуца неторопливо пошел от песочницы прочь, Богуш смотрел ему в спину, не понимая – по всем позициям этот парень должен был спиться, скурвиться, склеить ласты еще годам к шестнадцати.