Психологические отношения человека в социальной системе

Ряд исследователей, анализируя ситуацию, приходят к мнению о необходимости разработки новой научной парадигмы в сфере изучения психологии человека и общества [см. напр.: 143, 305, 307, 317, 436].

Проблема стала еще более острой, когда парадигма преобразования (как ее назвал П.Н. Шихирев), интегрировавшая советскую социальную психологию, исчезла после политических преобразований. Новая модель еще не сформировалась. И возникает впечатление, что центробежные силы приводят к существенному нивелированию значимости фундаментальных исследований в области социальной психологии.

Пестрая мозаика концептуально плохо совместимых работ делает перспективы развития социальной психологии совершенно неопределенными. Эта неопределенность будет сохраняться до тех пор, пока новая парадигма не приобретет достаточной силы и привлекательности для примирения научных школ и возвращения к принципу Оккама в?социальной психологии.

Каким может быть вероятный путь определения нового перспективного направления исследований?

Поиск ответа на такой вопрос заключен в следующем алгоритме: выделить основные тенденции развития социально-психологических исследований; определить общий вектор этих тенденций; сделать следующий шаг таким образом, чтобы не провалиться в пустоту незнания, а опереться на уже известные островки законов взаимодействия психики и социальных форм существования человека.

Один из возможных вариантов новой парадигмы – парадигмы предмета – вытекает из идей, к которым неоднократно возвращался в научных дискуссиях и беседах замечательный российский психолог Петр Николаевич Шихирев. Это идеи о межличностных отношениях как главном предмете социальной психологии, о ценностной природе таких отношений и о возможности обмена ими. Превратившись наравне с материальным обменом, традиционным стержнем отечественных психологических концепций, в?имманентное свойство межиндивидуального взаимодействия, обмен психологическими отношениями стал необходимым и достаточным условием превращения человека из биологического существа в существо подлинно социальное.

Это положение закономерно продолжают идею В.Н. Мясищева о двух главных потребностях человека: «потребности в деятельностном общении и потребности общения в деятельности». Последняя из этих потребностей является «специфически человеческой».