Медиум Мириам

– Ой, вы посмотрите, какой обидчивый! Можно подумать я первая неблагоразумная женщина на твоём пути!

– Предположим, не первая. – Призрак помрачнел и почему-то прикрыл уши волосами. – Но спасать ещё одну дуру я не стану. Да и что, по-твоему, я вообще могу предпринять?

– Ну не знаю… Подвигай предметы! Явись им и напугай! Вы иногда так делаете, я видела!

Мертвец молча выкинул вверх кулак, который беспрепятственно прошёл сквозь столешницу и лежащее на ней тело.

Мириам посмотрела вверх, вниз…

– Вот вечно всё самой решать!

И неуклюже, на карачках, но с боевым кличем, вылезла из укрытия.

В её руках – в руках рыжей, растрёпанной, похожей на птенца, вывалившегося из гнезда, девицы – куда уместнее смотрелся бы кухонный нож, чем эльфийский кинжал. Но, как говаривают нежные невесомые дриады, когда приходит сезон торга: бери что есть, гномья харя и не вякай!

Она приняла боевую стойку: ноги расставлены, ягодицы сжаты, глаза зажмурены. А призрак, хоть Мири этого и не видела, встал у неё за спиной, скрестив руки на груди, и внимательно осматривал зал, просчитывая невесть что.

Нет, Мириам не обладала сверхспособностью проявлять боевые навыки в критических ситуациях. И уж точно она не надеялась, что с небес, позёвывая, спустится кто-то из святых, скажем, покровитель боевых искусств Тевер, и раскидает обидчиков, как котят. Но удача любила медиума, а потому кто-то должен был её спасти.

– Прыгай вперёд, – коротко велел спаситель в лице призрака, и Мири повиновалась.

Мириам была девушкой хрупкой и невысокой, но эффект неожиданности творит чудеса!

Спешащий к ней гном оказался снизу, засучил короткими ножками и заверещал, пока не понимая, что кинжал, сжимаемый ненормальной девкой, пропорол не сердце, а только кожаную куртку.

– Добивай и к дверям! – отдал следующий приказ дух.

Медиум непонимающе уставилась на гнома, копошащегося под ней, как перевёрнутый жук, и растерянно поинтересовалась у него же:

– То есть как это добивай?

– По горлу! – Призрак присел рядом на корточки, показывая, куда наносить удар.

– Не стану я никого добивать! – заупрямилась Мири.

– Тогда добьют тебя. Голову!

Девушка припала к груди гнома, как вдова, рыдающая над поверженным возлюбленным, а палица просвистела чуть выше.

– У тебя что, глаза на затылке?! – возмутился наёмник и помог подняться брату, пока откатившаяся в сторону девица улепётывала.

– Да, две пары! – заверила его она.