Равноденствие

Я кинула дорожное платье на пол, за ним последовали сапоги, чулки, ещё не дойдя до комнаты, заборола шнуровку корсета, освободилась и от него, с наслаждением потянулась. Если кто-то и наблюдал из-за угла, показаться он побоялся. И правильно сделал.

Эда, как водится, проявила чудеса расторопности. Всегда её ценила за умение сориентироваться. Не успела я расчесать превратившиеся в воронье гнездо волосы (зато красиво развевались при галопе!), ванну уже наполнили. Семь лет воспитанниц школы заставляли каждодневно мыться.

Долго, нудно и тщательно. Я ненавидела крохотную деревянную бадью, которую прежде всего полагалось самостоятельно наполнить. Но стоило вернуться домой, как начала скучать по привычной процедуре. Благо, бегать с вёдрами больше не приходилось, да и само действо становилось куда более приятным, если ни до ни после не нужно утруждать себя работой.

– Простите, госпожа, нагреть воду никак не успевали. Я решила, вам поскорей надо…

Я вопросительно приподняла бровь и Эделина поняла, что ляпнула, смутилась, замямлила.

Я сжалилась:

– Правильно решила. Сама справлюсь.

Я направилась к ванне, старательно повиливая попой. Отличной попой, что уж. Если бы тогда я могла похвастать не только ею, но и чем-то более весомым, цены бы мне не было.

Бедная девочка в очередной раз запунцовела и отвела глаза. Ради благодарного зрителя я размяла шею и провела пальцами по обнажённой ноге.

– Не смущайся. Это всего лишь женское тело. У тебя такое же.

– Ну-у-у-у… «Такое же»! Скажете тоже! – завистливо протянула Эда.

 – Вы вон какая красивая!

– Разумеется, – я благосклонно приняла лесть. По крайней мере, от вертихвостки-служанки она казалась искренней.

– И кожа какая гладкая, и волосы густые…

– Не перебарщивай. Передай на кухне, чтобы ужин подавали внизу. Хочу увидеться с братом. И можешь идти.

– А помочь как же?

– Эделина, я вполне в силах помыться самостоятельно. Не то что бы мне мешало чужое преклонение, но восторги пора поумерить.

Эда прыснула, довольная, что сладкие речи развлекли госпожу, бегом побежала на кухню.

Ох, не досчитается кухарка сегодня ещё одного кулька сахара.

Я коснулась ладонью поверхности воды, стараясь, чтобы та не слишком зарябила.

– Incendium.

Над бадьёй поднялся ароматный пар – полевые травы защекотали ноздри. То есть, я, конечно, и так из полей вернулась, но когда в дополнение к запахам идёт мошкара и пыль, удовольствие сильно притупляется. Любить природу из уютной комнаты куда как проще.