Наследная ведунка

Здоровяк и коротыш насупились, горняк смущённо шаркнул ножкой.

– Она первая начала, – пожаловался он.

Вор только руками развёл и снова повернулся ко мне:

– Ну что с них взять! Не держи зла, ведунка! Они головушкой малость стукнутые… А как же иначе-то, когда мы с братьями скрываемся от страшной опасности?!

– С братьями? – скептически уточнила я. Насчёт общих родственников разбойной троицы не оставалось никаких сомнений: их не имелось.

– Сводными, – вывернулся лис и тут же вдохновенно продолжил, не забывая поправлять на мне одежду, попутно обследуя карманы, и ненавязчиво подталкивать к столу: – После того, как мы бросили огромное наследство и отправились на поиски приключений…

– Наследство? А как же отец, который вас колотил? – едко напомнила я предыдущую легенду.

– Колотил! – подхватил Вис, а парочка на заднем плане активно закивала, готовая согласиться с любой из версий событий. Чесаться они при этом не переставали, так что я злорадно выжидала, когда зуд станет настолько сильным, что разбойники, забыв о гордости, на коленях начнут вымаливать противоядие.

Я брезгливо принюхалась к погрызенным остаткам (скорее уж «останкам») еды, и Вис, заметив это, проворно стряхнул их рукавом на пол, затолкал под стол и сам на него уселся.

– Ладно, – согласилась я, – допустим, я тебе поверю. Так кто из этих двоих, говоришь, сироток из воды спасал?

– Он, – не отрывая от меня хитрющего взгляда, наугад ткнул рыжий.

– Я? – удивился удостоенный чести горняк.

– Тогда почему он не умирает? Ведь ты за этим приходил меня грабить, так? Чтобы спасти подхватившего лёгочную болезнь братца.

Вис замялся, пытаясь вспомнить, что и кому за последнее время наплёл.

– А он умирает, – нашёлся воришка.

– Кхе-кхе, – смущённо подтвердил здоровяк.

– Прям совсем умирает! – поднажал Вис, и горняк подключил все свои актёрские способности: схватился за грудь, сполз по стеночке и горестно всхлипнул.

– На кого же ты нас покидаешь?! – с готовностью подхватил коротышка, падая на колени и пряча ухмыляющуюся мордочку в растительности на торсе друга.

– Эй, я же притворяюсь, не бойся! – громогласным шёпотом успокоил его амбал.

Плечи коротыша затряслись пуще прежнего – уже от смеха.

– Молчал бы уже! – глухо посоветовал он.