Наследная ведунка

Кто ж суеверным провинциалкам станет рассказывать, что шкодника достаточно шугануть вонючим зверобоевым дымом?! Такие рецепты выдавать для бизнеса невыгодно. Так что пусть старуха думает, что на смертный бой собираюсь – для репутации полезно и в целом льстит. Я подумала-подумала, и прихватила с собой широкий охотничий нож, напоказ прицепив к поясу. Нет, ну так и на короеда не стыдно, не то что на шкодника!

Едва успев себя похвалить, я вышла за калитку…

– Да чтоб тебя телегой переехало!

– И тебе тоже доброго утречка, – невозмутимо поздоровался облокотившийся о забор Вис и протянул пригоршню: – Семечки будешь?

– Засунь их себе в… – искренне пожелала я, но вовремя оборвала неуместную вспышку.

– Я бы и рад, да кто-то у меня плащ упёр.

Лис не слишком-то страдал по потере: уже добыл где-то лёгкую телогрейку, мигом превратившую его из самоуверенного столичного красавчика в первого парня на деревне.

– Отвоевал, – я холодно поправила плащ и в очередной раз приподняла слишком длинные рукава, которые, разумеется, тут же снова соскользнули, закрывая ладони почти целиком. – На трофей не зарься.

Он догнал снова в конце улицы, когда я уже решила, что отбрила и избавилась от нахала. Но эту широченную улыбку можно смять разве что крепким кулаком: Вис показывал свои возмутительно белоснежные мелкие зубы с такой смелостью, точно никогда по ним не получал.

– А куда ты идёшь? Можно с тобой? Как городок-то ваш вообще, ничего? Интересное что случилось в последнее время?

Ответов рыжий и не думал дожидаться, да я и не собиралась его ими баловать. Щебечет себе и щебечет. По весне то коты орут, то дрозды заливаются. И этот из кожи вон лезет, не забывая подмигивать редким проходящим мимо бабам: то позёвывающей жене пекаря поклонится, то забежит вперёд, чтобы придержать дверь припозднившейся шлюхе, единственной на весь город, и оттого особо ценящейся даже самыми жестокими сплетницами (тьфу-тьфу, пока есть, об кого языки чесать!).

Я не удержалась, зыркнула на продажную девку, и та споткнулась на ровном месте, порвала аккуратную сверкающую вышивкой туфельку.

– Варна! – возмущённо окликнула она, но не для того, чтобы разбудить соседей отборной руганью, а по делу: – У меня отварчик к концу подходит.