Кривая дорога

Белогость старался, кряхтел, держался и тянул с той стороны, но так и повис на открывшейся дверце, не сумев удержать последнюю защиту на месте.

Серый крепко обнял старика и пообещал сделать всё, чтобы никогда и никому из дорогих ему людей больше не пришлось стареть в одиночестве.

– Как, говоришь, звать тебя?

В землянке старого волка нашёлся и котелок и ключевая вода. Серый заварил травок, как Фроська учила, – ромашки да барвинка, что голову облегчают да разум проясняют. Но Белогостю они и не понадобились.

Старик всё ещё не узнавал (или делал вид?) Серого, но больше не кричал и не кидался, выглядел вполне нормально, насколько может выглядеть одичавший оборотень, давно потерявший веру и в людей и сородичей.

– Ратувог, – процедил мужчина сквозь зубы, – ты помнишь меня ещё ребёнком. В Городище. Ты гостил в нашей стае почти год.

– Не гостил, – дедок помотал головой, чуть не выронив отвар в кружке, – старик Белогость никуда не ходит. Сидит тут, пережидает.

Серый насторожился:

– Что пережидает?

– Худые времена, – старик поднял палец кверху.

 – Худые времена настали. Корней своих не помним, теряем самую суть. А я вот спрятался, чтобы и меня не потеряли. Нельзя потерять то, что спрятано. Потому как ежели потерял, то с концами, а спрятанное потом отыщут, от пыли отряхнут и наново на свет достанут.

– Ерунду ты несёшь, – грустно проговорил Серый. – Я искал старого мудреца, а нашёл только с глузду двинувшегося старика.

– А это не одно и то же? – ехидно уточнил Белогость и снова запускал пузыри в кружку.

– Вот что, – Серый хлопнул ладонью по кривому пню, что служил столом, но продолжал сидеть в земле, не желая умирать. – Пойдёшь со мной. Пристроим тебя в деревне или с собой возьмём. Там видно будет. Но без людей ты вконец одичаешь.

– Люди? – оборотень в ужасе расширил глаза. – Белогость не пойдёт к людям!

– А лучше здесь развалиться, как твоя избушка, и сгнить заживо? – разозлился Серый. – Себя не жалеешь, так меня пожалей! Ты – моя последняя надежда.

И ты научишь Фроську быть правильным волком, даже если уже и сам не помнишь, как это!

– Маленький вислоухий щенок! – внезапно окрепшим голосом гаркнул старый жрец. – Ты додумался кого-то обратить?!

Серый опешил и испуганно заморгал. Рассеянный, улыбающийся безумием смешной дедко на глазах превратился в опасного древнего оборотня. И он очень-очень разозлился.

Первый удар палкой пришёлся по ногам.

Серый рухнул на земляной пол, лишь слегка ушибившись.