Поту сторону времени. 3 часть. Готов на все

Идти с жалобами и просить помощи у Астаха Матвей постеснялся, тот и так сделал для их бизнеса немало, и решил сам разобраться с наглыми соперниками… А утром, едва успев умыться и попивая жиденький кофе, увидел по телевизору сводку новостей, где на фоне пылающей автомастерской, молоденькая девушка-ведущая поведала о внезапном пожаре на повороте в город.

Матвей остолбенел. Сердце ухнуло куда-то вниз. Скулы неприятно свело судорогой. Шлепнув на стол чашку с недопитым кофе, он ринулся к месту событий.

Все оказалось еще страшнее, чем в репортаже смазливой девчонки. Он упал на колени перед догорающим зданием и застыл в немом исступлении, не в силах осознать происшедшее.

Целую неделю он ходил как во сне, не понимая, что делает, что говорит, не обращая внимания на окружающее. Друг спешно покинул город, оставив Матвея самому разбираться с кредитором. И тот не заставил себя долго ждать. Уже через два дня в квартире раздался звонок старого телефонного аппарата и Астах, выразив искреннее соболезнование его горю, напомнил о долге.

– Астах, прости, ну ты же понимаешь, что денег у меня нет. – промямлил Матвей.

– Лапуля, – слащаво протянул тот, – договор есть договор, его надо исполнять, даже если рухнет небо… Сроку тебе две недели… – и он положил трубку. Матвей устало опустился на стул. Рука сама непроизвольно потянулась к банке недопитого теплого пива. Хлебнув противную жидкость, Матвей скривился и отставил жестянку в сторону, затем медленно прошлепал на кухню и открыл холодильник.

На полке лежал последний кусок засохшего сыра, да пара заплесневелых корок хлеба.

– Черт! – он громко со вздохом хлопнул дверкой. Старенький холодильник жалобно хрюкнул. – Черт, черт! – неожиданно Матвей со злостью саданул пивной банкой о стену, и по засаленному кафелю потекли ржавые потеки.

Когда-то в начале двухтысячных этот кафель был супермодным дизайном любого интерьера. Матвей помнил, как они с матерью надрываясь тащили заветные коробки с поблескивающей на солнце плиткой, и даже не чувствовали тяжести.

Для их городка это была такая немыслимая роскошь. С какой любовью мать каждое утро протирала влажной салфеткой голубые квадратики с мелким узором, а он, еще совсем маленький мальчик подходил и нюхал слегка уловимый запах клея. И этот запах казался ему самым вкусным. Он не забудет его никогда – запах уюта, запах исполнения желания и достатка. Это было десять лет назад.