Моя кузина Рейчел

Это был человек лет сорока, чуть ниже меня ростом, с бледным, почти бесцветным лицом и орлиным носом. Что-то гордое, надменное было в его облике – в облике человека, безжалостного к глупцам и врагам.

– Синьор Райнальди? – спросил я. – Меня зовут Эшли. Филип Эшли.

– Да, – ответил он. – Не угодно ли сесть?

Речь его звучала холодно, жестко и почти без акцента. Он подвинул мне стул.

– Вы, конечно, не ожидали увидеть меня? – сказал я, внимательно наблюдая за ним. – Вы не знали, что я во Флоренции?

– Нет, – ответил он.

Он явно подбирал слова, однако не исключено, что осторожность в разговоре объяснялась недостаточным знанием английского.

– Вы знаете, кто я?

– Что касается степени родства, то, думаю, я не ошибся, – сказал он. – Вы кузен, не так ли, или племянник покойного Эмброза Эшли?

– Кузен, – сказал я, – и наследник.

Он держал в пальцах перо и постукивал им по столу, не то желая выиграть время, не то по рассеянности.

– Я был на вилле Сангаллетти, – сказал я.

Мне только почудилось или действительно на его темные глаза набежала тень?

– Как давно вы во Флоренции? – спросил он.

– Несколько часов. С полудня.

– Вы приехали лишь сегодня? Значит, ваша кузина Рейчел вас не видела?

Пальцы, державшие перо, разжались.

– Нет, – сказал я, – из слов слуги я понял, что она покинула Флоренцию на следующий же день после похорон.

– Она покинула виллу Сангаллетти, – сказал он, – Флоренцию она не покидала.

– Она еще здесь, в городе?

– Нет, – ответил он, – нет, она уехала. Она хочет, чтобы я сдал виллу внаем. Возможно, чтобы продал.

– Вам известно, где она сейчас? – спросил я.

– Боюсь, что нет, – ответил он. – Она уехала неожиданно, она не строила никаких планов. Сказала, что напишет, когда придет к какому-нибудь решению относительно будущего.

– Может быть, она у друзей? – предположил я.

– Может быть, – сказал он. – Хотя не думаю.

У меня было чувство, что не далее как сегодня или вчера она была с ним в этой комнате и он знает гораздо больше, чем говорит.

– Вы, конечно, понимаете, синьор Райнальди, – сказал я, – что внезапное известие о смерти брата, услышанное из уст слуги, потрясло меня. Это было похоже на кошмар. Что произошло? Почему мне не сообщили, что он болен?

Он внимательно смотрел на меня, он не сводил с меня глаз.