Дом на берегу

Какой-то чулан Синей Бороды, ей-богу! Все эти зародыши в банках, а эта отвратительная обезьянья голова…

– Замечательные экземпляры, и очень ценные, – прервал он. – Не отвлекайся. Я знаю, для чего они мне, а ты – нет. Рассказывай, что произошло.

Я отхлебнул глоток остывшего чая и поставил чашку.

– Я взял ключ, открыл буфет и нашел там пузырьки, – начал я. – На каждом помечено: А, В, С, все как положено. Я отлил ровно три деления из бутылки А в мензурку. Все точно. Затем проглотил содержимое, поставил пузырек и мензурку на место, закрыл буфет, лабораторию и начал ждать, что же будет дальше.

Я сделал паузу, чтобы информация как следует дошла до него. Магнус молчал.

– Так вот, – продолжал я, – я вышел в сад. По-прежнему ничего. Ты мне говорил, что время начала действия препарата колеблется от трех-пяти до десяти минут. Я ожидал приступа сонливости, хотя ты вроде об этом не упоминал. Но поскольку вообще ничего не происходило, я решил прогуляться.

– Идиот, – сказал он. – Я же велел тебе оставаться в доме, по крайней мере во время первого эксперимента.

– Да, помню. Но, честно говоря, я не ожидал, что препарат подействует. Я решил так: если что-нибудь почувствую, тогда сяду где-нибудь и отдамся во власть прекрасного сна.

– Полный идиот, – повторил он. – Это происходит совсем не так.

– Теперь я и сам знаю.

Затем я описал все, что со мной произошло с того момента, как препарат начал действовать, до того, как я разбил стекло в кухне.

Когда я закончил, рассказав, как меня выворачивало в котельной, наступило гробовое молчание. Я уже было подумал, что нас разъединили.

– Магнус, ты слышишь меня? – спросил я.

Его голос, отчетливый и громкий, вновь зазвучал в трубке.

– Потрясающе, просто потрясающе.

Возможно… Честно говоря, я был слишком измучен и разбит после своего рассказа – словно заново проделал все путешествие.

Он заговорил очень быстро, и я живо представил, как он сидит за своим письменным столом в Лондоне и одной рукой держит телефонную трубку, а другой, по обыкновению, тянется за карандашом и за своим неизменным блокнотом.