Мистика. Рассказы

 – ему вдруг показалось, что в качестве бонуса он получил ещё и «святым сапогом по противному заду». Архитектор прорвался сквозь завесу защитного поля и влетел в свою комнату, словно болид в атмосферу Земли.

Долгие годы, эта каморка служила ему кабинетом, спальней и даже гостиной, когда заявлялись друзья. Однако, сейчас она походила на поле сражения с тёмными силами.

Сразу вспомнился старый ужастик – «Изгоняющий дьявола». Именно так там выглядели все помещения после работы мастеров экзорцизма.

На потолке и всех стенах сияли большие кресты, нанесённые широким кропилом.

– «Двадцать лет простояли, как новые, и вот тебе на. Освятили квартиру. Теперь же придётся делать ремонт». – огорчился мужчина. Он бросил взгляд на письменный стол. Стоящий на нём ноутбук, смрадно чадил густым чёрным дымом. Некогда светлые клавиши теперь жутко сплавились и превратились в тёмный корявый кусок, напоминавший обугленный пластик.

Плоский экран покрывала частая сеть извилистых трещин. Скорее всего, она возникла здесь от того, что к стеклу приложили серебряный крест, а то и кадило из бронзы. А очень возможно и то и другое, одно за другим. Хорошо ощущалось, что силушкой и широтою души Бог не обидел священника.

Сквозь сеть длинных разломов, покрывших дисплей, проглядывало что-то совсем инфернальное. Фенюшкин присмотрелся к рисунку. Как показалось, он разглядел рогатую рожу «нечистого», искаженную удивительной мукой.

– Там же все мои сочинения из области мистики. – истошно завопил архитектор. Поражённый увиденным, мужчина обмяк, и безвольно опустился на стул, что находился поблизости. Он совсем не заметил, что сидение залито святою водой.

Брюки мгновенно промокли, но Фенюшкин не ощутил ничего, кроме полной прострации. Он сидел неподвижно и тупо смотрел перед собой.

– Дорогой. – донеслось из прихожей: – Попрощайся с нашим священником.

Фенюшкин тотчас очнулся, протяжно вздохнул, и хотел было встать. Прилипшее к мокрым штанам, сидение не хотело расстаться с добычей и потащилось за ней. Архитектор брезгливо повёл узкими бёдрами и попытался сорвать с себя «четвероного друга». С противным чмоканьем стул отлепился от влажных штанин, и с грохотом рухнул на пол.

Опираясь на стены, архитектор с трудом поднялся на гудящие ноги, и потащился в прихожую.