Историческая проза

Алексаша и Долгорукий негодующе переглянулись и, стиснув кулаки, заскочили в роскошный дом Долгоруких, и замерли от представшего зрелища, только Меньшиков – в ужасе, а Долгорукий – в радостном торжестве. Всё очень просто: Пётр второй целовал Елизавету.

– Мальчик мой, ты совсем отбился от рук, не соблюдаешь никаких правил и приличий! Это же твоя родная тётя! Хватит этого безобразия! Садись в карету, поехали домой, там поговорим! – взяв юношу за руку, изрёк Алексаша.

– Нет! Мне хорошо здесь: у меня есть друзья, развлечения, вино, моя любовь, наконец! – отдёрнув руку, ответил Пётр второй.

Меньшиков опустил взгляд в растерянности, он не знал, что сказать, Долгорукий не без удовольствия понял это и, гордясь собой, зло посмеялся:

– Ну, что, князь, вкусили всю горечь поражения?

Скоро Алексаша вернулся с Петром вторым в свою усадьбу и стоял, опираясь на трость и заложив руку за спину по-офицерски, в картинной галерее.

Пётр второй, чувствуя свою вину, тихо подошёл к наставнику, прокашлялся и промолвил, опустив взгляд в пол:

– Извините, мне, право, жаль, что так получилось…

Алексаша вздохнул:

– Не извиняйся…

– А кто это изображён на портрете рядом с дедушкой, такой изысканный, пригожий, стройный, со светлыми волосами?

– Это я в день побратания с твоим дедушкой, – начал вспоминать Алексаша, – Мы были такими молодыми и счастливыми! Я до сих пор тоскую, но, видно, ничего уже не изменишь, так что я подаю в отставку, ищи себе другого регента… – закончил речь Меньшиков.

Скоро семья Меньшиковых была сослана в Сибирь, а Пётр второй назначил регентом Долгорукова.

– Да, как-то нечестно получилось… – задумчиво протянул Иван Долгорукий.

– Молчи, сын! Всё можно, коли осторожно! Мы ещё твою сестру выдадим за императора замуж! – прикрикнул недовольно отец Долгорукий.

– Ну, и как, отец, ты это представляешь? Он же без ума от Елизаветы…

– Без тебя, умник, знаю!

Но случай помог Долгорукому. После очередной охоты Иван Долгорукий и молодой император опустошали винную бочку, когда Долгорукий старший представил Елизавете молоденького симпатичного поручика.

Елизавета улыбнулась, взяла поручика под руку во время беседы. Пётр второй побагровел, поджал губы…

Иван испугался и только протараторил:

– Вы закусывайте икрой, а то опьянеете…

Пётр, нервно перебирая пальцами, вздыхая и гневно смотря в сторону Елизаветы, выпивал кубок за кубком. Иван с неприятным ощущением на душе молчал и подливал вина «другу».