Железные рыцари

То есть две трети шансов – казино твои денежки прикарманил, базово! Туда народ ИГРАТЬ ходит: азарт какой-никакой получить и все такое прочее. А тут…

Ладно, чёрт с ними, с придурками. Насколько я понимаю – вернуться в Легион после суда, только в каторжный Легион, где преступники преступления искупают-отрабатывают. Без всякого жалования, естественно.

Посидел, подумал и плюнул  на игроков-придурков-бандитов, мысленно. И стал горничных звать. У меня, как-никак, планы их расшевелить!

Планы, кстати, ну не до конца, но исполнились.

Веста, всё-таки, к концу перелёта стала эмоции проявлять, причём не “да когда же вы угомонитесь и от меня отстанете?!”

Правда затрахался я в самом прямом смысле этого слова, но всё равно был доволен. И покидал Сецион твёрдой, но осторожной походкой, с гордой физиономией.

Станция на Вирде Гамен от нашей, белоярской, отличалась только одним – просто тьмущей народа. Всё же у нас – небольшая, среднезаселённая планета, которую покидает едва ли сотая доля процента населения.

Хотя бы один раз в жизни, не говоря о путешествиях туда-сюда. А Вирде Грамен – столичная система субсектора, в которой одних орбитальных сооружений сотни. И живет на них людей в разы больше, чем на паре обитаемых планет.

Но в остальном – та же станция, та же буква “Ш”, только вокруг звезды таких не одна, а целых четыре штуки.

До челнока меня доставил такой же прозрачный пузырь мобиля, правда двигался он над заполняющей коридор плотной толпой. И в потоке таких же пузырей.

А вот челнок – отличался, здоровенный такой, раз в десять побольше белоярского. И до отдельной каюты, положенной мне как первоклассному пассажиру, меня отвела стюардесса.

– Уважаемый господин желает выпить, закусить, или… – похлопала она ресничками, – Разнообразить досуг?

– Да ну нахрен! – аж подпрыгнул я, чувствуя некоторое неудобство в определённых частях организма.

Ну я, как бы, реально с горничными немножко слишком перебрал. не покладая всего. И они-то какую-то служебную медицину втихаря потребляли, а я всё сам! И вот тут эта, на всякое разное намекает! А мне ходить аккуратно приходится, не слишком топая, потому что побаливает всё…

– Простите? – захлопала ресничками стюардесса совершенно по другому.

Удивлённо так. Судя по бросаемым взглядам –  пытаясь понять: это я её послал вообще, или на тот самый хрен? Я аж захрюкал, когда понял, о чём она думает.

– Прощаю, – отмахнулся я. – Кофия принеси, остального – не надо.