Краб. Начало

А вот зоопарк, в котором я оказался, был “автономным зверинцем, самопополняющим популяцию экспонатов”. Летавшим так, автономно, миллиарды лет. И за эти годы думалки у роботов натурально “сгнили”. Программные и технические ошибки, сбои, чёрт в ступе, пролетевший неподалёку от зверинца, привели к тому, что программа была “захватить живое и тёплое и продержать в клетке пока не сдохнет”. И всё.

– Вынужден признать, сэр, – вещал этот тип. – Что количество критических ошибок этой платформы, – оглядел он сам себя, – таково, что ваше разрушение её было скорее актом милосердия, чем проявлением свойственной вам варварской жестокости, – выдала эта скотина, но, прежде чем я возмутился вслух, продолжила.

– Сам варвар жестокий, – восстановил я попранную справедливость. – Меня в эту хрень кинуло, – ткнул я в каплю.

– Шта?!! – весьма отрадно для уха прозвучало от этого зануды.

– Э-э-э… вон там, – вторично потыкал я в каплю и наблюдал, наверное, самое удивительное зрелище во Вселенной – делающего размашистую челодлань робота.

– Понятно, сэр, благодарю за ответ, – выдал этот тип, когда стих звон.

– Слушай, а почему ты не знаешь? Ты, вроде бы, в мозгах моих копался, иначе откуда язык и всё такое? – подозрительно прищурился я на железяку.

– Вы проявляете весьма завидную сообразительность, сэ-э-эр. Но позволю себе вас просветить: взаимодействие с памятью разумного, а тем более потенциального партнёра, возможно только в рамках налаживания коммуникации.

– То есть, только язык и эту противную манеру, – на что последовал кивок. – А зачем этот гадкий “сэ-э-эр”?

– Не знаю, сэ-э-э-э-эр, – явно издеваясь, протянул гад. – Это ваша память, ваше осознанное и неосознанное. Что из этого было мне доступно – то и изучил, если позволите.

Врёт, сволочь, авторитетно постановил я. Впрочем, не самое худшее, из того, что могло бы быть.

После чего, Сорок Второй озвучил такой расклад: на планете его быть откровенно достало, а покинуть её он не может: вселяться он может только в технику “автократную”, хотя взаимодействовать у него выходит не только с ней. Кроме того, у него есть куча описаний и колдунств всяческих, но использовать он их не может: нет колдунской мышцы.