Хронодесантник

«Пятнистый» генсек затеял сперва «ускорение», а затем, «перестройку». Сначала он посулили построить «социализм с лицом человека».

Постепенно всё это трансформировалось в «шведский социализм», а затем и в «народный капитализм». Когда народ совсем обалдел от величия новых идей, он бросил в массы новый мысль: – «Что не запрещено, то разрешено!» – это значило в переводе на русский – «Воруй, что только можешь! Греби под себя!»

То суматошное время и стало звёздным моментом Льва Николаевича. Он тут же организовал с десяток медицинских кооперативов и переманил туда лучших врачей.

Из-за отсутствия специалистов, очереди в обычных больницах выросли в несколько раз.

В ответ на такое положение дел, цены на обслуживание в мелких шарашках взлетели почти до небес. После чего, огромные деньги хлынули бурной рекой и потекли в бездонные карманы хозяина.

А чего здесь необычного? Он академик, профессор и прочее, должен и жить соответственно всемирным стандартам. Ну, а про всех остальных, ему уже некогда было подумать.

Лев Николаевич тут же развёлся со своей женой-сверстницей и обвенчался с двадцатилетней студенткой. Нужно сказать, что при разделе имущества он повёл себя, как джентльмен и оставил бывшей супруге: старую мебель, квартиру и дачу.

Ну, а то, что он не стал с ней делиться баснословными «бабками», полученными от своих предприятий, так кто же посмеет его упрекнуть за такие дела? Ведь это он, их все заработал.

После развода, он купил себе большую квартиру в элитном квартале, где селились такие же, как он, нувориши.

Обставил любовное гнёздышко импортной мебелью и новенькой аппаратурой. Приобрёл земельный участок в тридцать пять соток в том дачном массиве, где раньше селились работники КПСС.

Старого друга Лев Николаевич приглашал к себе на работу, но Александр Сергеевич почему-то наотрез оказался. Оно и понятно, дети стали большими и сами хорошо получали.

Зарплаты им с женою хватало, а бросать обычную клинику, чтобы лечить богатеев, он считал невозможным.

Не давали так делать какие-то странные моральные принципы.

Несмотря на непростой разговор, случившийся между хирургами, Лев Николаевич не обиделся на категоричный отказ. Время от времени, он продолжал поддерживать отношения с другом.

Иногда он просил прооперировать своих новых знакомых. Александр Сергеевич никогда не перечил и старался помочь всем больным по мере своих сил и возможностей.