Цитадель Бурь

– Прошу прощения, госпожа, за то что перед вашим нежным взглядом произошла эта нелицеприятная сцена, – склонив голову, промолвил он. – Благословите меня, госпожа.

– Да прибудет с тобой Свет нашего Господина, – благословила она, коснувшись пальцами его лба.

Крестьяне следом попадали на колени, моля о благословлении служительницы. Пока женщина и ее спутницы благословляли каждого крестьянина, Арнан, как благородный господин этих земель, все это время находился подле нее. Поэтому парнишке и сестрам-служительницам удалось увести молодого человека.

– Господин? Господин Амелл! Вы совсем не узнаете меня? – в который раз паренёк пытался добиться от него внятного ответа. – Это же я, Дункан, ваш верный слуга!

– Узнаю, – устало отмахнулся от него Амелл. – После ударов дорого брата у меня все в голове перемешалось. До сих пор голова кружится… Что?

Глаза Дункана округлились от удивления, когда господин назвал своего истязателя дорогим братом. Раньше только поносил его бранными словами. Да такими, что уши в трубочку сворачивались.

– Господин научился сарказму, – ухмыльнулся Дункан.

Амелл хотел было возразить, но передумал. Склонив голову, он окинул паренька оценивающим взглядом. Странно, но Дункан не производил впечатление слуги. Его вид, манеры, речь говорили об обратном.

– Прекрати эти кривляния, Дункан, – мрачным тоном произнес Амелл.

Глупое выражение исчезло с лица Дункана и он вмиг стал серьезным.

– Великий Лорд доверил мне твою защиту, а я упустил тебя из виду.

– Не помню, – пожал плечами Амелл. – Помню только, как очнулся в поле.

По правде, он и имени своего не помнил, до того момента пока Дункан не обратился к нему. Нехотя, но воспоминания понемногу возвращались к нему.

Меж тем, смочив лоскут белой ткани в теплой воде, Дункан принялся осторожно оттирать от крови и грязи лицо и тело Амелла. И чем дальше, тем более суровым становилось его лицо.

– На тебе совсем нет ран. Это не твоя кровь… Тогда чья? Чем ты все это время занимался?

– Не помню, – в который раз отвечал Амелл.

Он и сам не знал, чья кровь покрывала все его тело. Точно не его, Амелла. Если что и болело у него, так это следы от побоев Арнана. А так видимых ран не наблюдалось.

– Мне доверено защищать тебя, но я должен просто наблюдать, как Арнан и остальные постоянно издеваются над тобой, – продолжал Дункан. – Это неправильно… Останутся синяки.

– Ничего необычного. Я уже привык, – вырвалось у Амелла.