Олень в галстуке. Часть первая

Начавшись с очень трезвой и уместной конструктивной ноты, мои последующие размышления, хитрющим образом переходя во что-то гораздо менее здравое, незаметно изменили прекрасное состояние, и я начал терять недавно установленную шелковую нить связи с красотою мира сего, укрепляя тем самым ржавую проволочку с грязнотою ума не сего, постепенно впадая в позицию похотливого мастурбирующего ума.

Вдруг мои размышления прервал громкий звук, исходящий из какого-то отверстия одного из слонов. Громкость была такая, что даже отрешенный кучер подскочил от удивления, а я так вообще – чуть не вывалился из брички.

Это очень своевременно выдернуло меня из трясины, в которую стало затягивать. Тем не менее, я отметил и даже, кажется, запомнил свое изначальное замечание про то, что вовсе не являюсь центром Вселенной, как бы это ни было неприятно.

– Так что, это лишь Вы должны иметь какие-либо вопросы? – вернул кучер диалог.

– Нет, это не только лишь я должен иметь какие-либо вопросы. Их может иметь кто угодно, – напоминая сам себе Кличко, ответил я голосом таким, будто стоял у доски на уроке математики и совершенно при этом не включая ум с его расспросами на тему того, с чего вдруг кучер вообще развил об этом диалог ранее.

Как говорится: сегодня в завтрашний день не все могут смотреть…

Кучер, в прямом смысле, вынес мне мозг. Хоть к таким вещам я уже и начинал потихоньку привыкать, однако нельзя сказать, что то самое в нас, что к чему-либо привыкает, может привыкнуть к выносу самого себя.

В процессе моих размышлений один из слонят издал очередной звук. На этот раз – тихий. Мистер Твикс довольно улыбнулся. И я, как ни странно, не задался в тот момент вопросом, как я узнал об этом, когда он сидел ко мне спиной – я просто знал, что он улыбнулся.

ВРЕДНЮЩАЯ ДВЕРЬ

В этот раз по прибытии к Елене все было не так, как обычно. Без всякого предисловия она молча взяла меня за шкирятник и куда-то потащила. Мне показалось это довольно долгим путешествием в неприятном недоумении и мой ум уже начинал возвращаться на круги своя после диалога с Твиксом.

Я хотел было начать истерить, но ведьма уже, видимо, притащила меня, куда хотела – на кухню.

– Вот они, – сказала она, указывая на тарелки в раковине.

– Эм… О`кей, – сказал я, – ты решила показать мне свои тарелки?

– Мой, – приложив палец к моим губам, повелительно сказала она, в ее глазах при этом сияла привычная доброта.