Шаги России. Хождение на Запад и обратно

После этого, к сожалению, на два с половиной столетия на Россию вновь опустились политический застой и технологическое отставание, что привело ко многим военным поражениям.

Если на Западе население последовательно освобождалось от пут феодализма, то развитие России шло противоположным путем. К концу Средневековья крепостные на Западе становились свободными, в России – даже свободные люди порой превращались в крепостных. При Петре Великом и после него эта тенденция только усилилась. Если западные города были сосредоточием предпринимательской и иной свободы, то русские города представляли собой укрепленные форпосты, военные поселения.

Две трети населения России были военнообязанные.

Земля на Руси всегда была собственностью князей, позже царей, а частная собственность стала появляться только во второй половине XVIII века. Но земледелец был скован не только крепостничеством, но и деревенской крестьянской общиной (миром), считавшей пахотные земли и иные угодья общей собственностью. Когда Екатерина II ввела для дворян собственность на землю, в ее наказе от 1767 года было справедливо отмечено: «не может земледельство процветать тут, где никто не имеет ничего собственного».

Однако следствием этой «прогрессивной» реформы стало также то, что крестьяне, «прикрепленные» к земле, превратились сами в частную собственность.

Крепостная неволя после освобождения крестьянства в середине XIX века сменилась на «коллективный» труд в деревенских общинах, получивших юридический статус. Свободный фермерский труд, с личной собственностью на землю, стал возможен в России только в результате реформ Витте и Столыпина, но просуществовал всего десяток лет до большевистской революции и всеобщей принудительной коллективизации.

При Петре Великом государство предъявляло свои права, помимо крестьянского труда, на очень широкий перечень имущества: леса с деловой древесиной, рыбные ловли, пасеки и дикие пчельники, мукомольни, все минеральные богатства. Вызвано это было, несомненно, неспособностью иными путями собрать в казну средства для непрерывно ведущихся войн.

Государство установило свою монополию и на интеллектуальную собственность. В отличие от западноевропейских стран, где книгопечатание со времени возникновения находилось в частных руках, в России оно всегда являлось монополией церкви и государства.

Степень закабаления русского народа собственным государством иллюстрируют заметки посетившего в конце XVI века Москву англичанина.