Юрист. Очерк

тоже немного улыбнулась, беглым взглядом осмотрев меня из-за стойки бара, и спросила, показывая на опустошенную рюмку:

– Еще?

Я кивнул.

– Присаживайтесь за столик, – пригласила она.

– Спасибо, мне удобнее за стойкой, – отказался я и присел на высокий табурет перед стойкой, – тем более, я один. И, позвольте, ваше меню.

Девушка повторно наполнила рюмку и подала красную папку – меню.

– Так, – начал я и стал водить пальцем по ярким строчкам на листах меню, торопливо переворачивая его страницы. – Хотя, конечно, есть и такие фразы, типа: тяжела и неказиста жизнь российского таксиста, тяжела и неказиста жизнь российского артиста… А, может, советского чекиста?!.

. Короче, можно подставить название любой профессии, лишь бы в рифму. Но все-таки жизнь юриста, ну, о-о-очень тяжела и неказиста! Хе-хе!

– Это почему? – спросила девушка.

Тут я вытащил довольно внушительный «пресс» тысячных купюр, скрученный резинкой. Только что получил крупную сумму в качестве гонорара успеха за выигранное дело.

У барменши загорелись глаза. Она искренне повеселела. Интересно, почему? Может быть, работает за проценты?

– Мясное ассорти, зелень и соус, – заказал я, сразу расплатился и опустошил вторую рюмку.

– Не, серьезно, ну, что хорошего быть юристом? – продолжал я, показав знаком, что собираюсь выпить еще. – Во-первых, юристы в большинстве своём обманщики… бессовестные люди. Каждый из них старается подмять закон под собственное «я», под собственный характер, под свое представление о том, что хорошо, и что плохо.

А во-вторых, они те же самые предприниматели. Они просто зарабатывают деньги, торгуя надеждой. Юрист не собирается отдать всего себя вместе со своими знаниями и способностями, чтобы помочь клиенту. Но клиенту кажется именно так, когда он пришел к юристу на консультацию, а последний перед ним распинается и…

– Вас, что, юрист обманул? – барменша наполнила третью рюмку.

– …и использует актерские данные, – я взял рюмку, многозначительно посмотрел на нее и помню, что со вздохом ответил: – Нет, просто, я сам юрист.

Реакция была неоднозначной. Барменша через некоторое время, когда я уже намахнул и закурил, заискивающе залепетала:

– Знаете, у меня есть одна проблемка. Не могли бы вы мне помочь?

Конечно, конечно, помогу. Ведь я юрист. А в чем ваша проблемка? Конечно же, помогу, только бы ты, аппетитная блондиночка, составила мне компанию, когда я пойду домой, и т. д. и т. п.

Но юристом быть – это все-таки плохо.