Рубиновая Буса

 – А где же твой песик?

За его спиной зашевелился мягкий рюкзак, и из маленького отверстия высунулась знакомая милая мордашка. Ариадна протянула руку погладить малыша, и теплый язык песика приветственно лизнул ее ладонь.

– Как вы нашли меня? – спрашивала она Аарона, пока они спускались по лестнице вниз, чтобы прогуляться во время ланча.

– Ты говорила, что любишь книги и часто бываешь в Библиотеке,– торопливо ответил он, выпуская Париса из рюкзака.

– Правда? – она попыталась вспомнить это.

– Да, – уверенно ответил молодой человек.

В парке они по очереди бросали мяч Парису, который с удовольствием принял игру и был рад, что ему уделяют столько внимания. С оглушительным лаем щенок носился за мячом. Молодые люди много смеялись, валялись в снегу, резвились, как дети. Тем более что и день был очень приятный – солнечный, с высоким голубым небом.

Ариадна совсем успокоилась, и даже забыла о тяжести сна. Во время игры ей удалось немного больше рассмотреть татуировку на руке Аарона. Сильный изящный Дракон, с тщательно прорисованными деталями, абсолютно лишенный агрессии, несмотря на то, что цвет его был черным.

Аарон заметил, что она снова рассматривает его татуировку, и быстро поправил рукав куртки. Их глаза встретились, и оба они почувствовали приятное волнение, которое охватывает внезапно при виде того, кто очень нравится тебе.

– Ты красивая, – произнес он вдруг, снова улыбаясь.

Сейчас Ариадна действительно была очень красива: ее кожа светилась от холодного воздуха, как у дорогой фарфоровой куколки, светлые глаза наполнились живым игривым блеском, красные губы, резко очерченные на этом кукольном лице, бесконечно улыбались, или она заливалась звонким смехом, запрокидывая маленькую головку, с которой постоянно падал капюшон.

Все было настолько мило, что Аарон, завороженный и потрясенный чистой красотой, подошел к девушке ближе, и осторожно убрал волосы с ее лица.

Ариадна прикрыла глаза, так нежны были его прикосновения. Но тут же, будто опомнившись, остановила его руку, ухватив за куртку. И взглянула на него так, будто спрашивала: что ты делаешь?

В этот момент глаза Аарона, которые только что были добрыми, с мягким светом, почернели, а взгляд стал холодным и пронизывающим.