Я люблю тебя, Жизнь

Теперь мальчишка был избавлен от тяжёлых железных «украшений» и одет в неизменные холщовые штаны и рубаху. Едва войдя Коста, как и в прошлый раз опустился на колени и склонил голову. Илька только мысленно вздохнул – будет непросто.

– Когда будет ужин? – стараясь пока не обращать внимания на коленопреклонённого мальчишку, обратился к управляющему Илька.

– Примерно через час. Простите, господин, хозяин всегда ужинает в одно и то же время, к этому времени и будет готов ужин, – и заторопился, уловив недовольство молодого господина, – но ужин сразу принесут к Вам в комнату, как Вы и просили.

– Ну что ж, – не подал виду Илька, – как раз собирался прогуляться перед ужином, осмотреть замок.

– Позвольте Вас проводить?

Улыбка управляющего была настолько фальшива, что даже мирному Ильке захотелось дать ему в морду.

– Я справлюсь сам.

– Господин, замок довольно большой, в нем много тёмных закоулков и запутанных коридоров.

– Ты смеешь думать, что потомок древнего прославленного рода может заблудиться в замке?! – Илька скорчил страшную рожу.

Управляющий с поблёкшей улыбкой низко поклонился и исчез, притворив за собой дверь. Илька быстро задвинул засов и повернулся к Косте.

– Подымайся, – Илька подхватил мальчишку за локоть и помог подняться, – иди-ка сюда, поближе к свету. Да, здорово тебя отделали, весь в синяках. В темнице я всего не разглядел.

– Простите, господин.

– За что же ты просишь прощения? Разве ты виноват в этих синяках и ссадинах?

– За то, что Вам достался такой жалкий раб.

Илька только тяжко вздохнул. Меньше всего он хотел стать рабовладельцем. Была бы возможность, он бы всех рабов отпустил на свободу, но этот замысел был ему не под силу. Ни революцию, ни восстание рабов он бы организовать не смог, да и знал из книг, к чему приводят преждевременные восстания. Но одному конкретному человеку надеялся помочь. При этом нужно не засыпаться на какой-нибудь ерунде, а значит, пока они не выберутся в более цивилизованные места вести себя должно как все рабы и рабовладельцы, не выделяться.

– Послушай, Коста, сейчас тебе ничего не грозит. Я не собираюсь тебя наказывать или мучить. Успокойся, теперь всё будет хорошо. Мне нужно только, чтобы ты не пытался пока бежать.